Опять же, много людей, знакомых с детства. Создавалось чувство относительной безопасности. Даже собак, и тех Ирина знала! Как и работу фонарей. Кто из частников и когда выключает, а кто, напротив, оставляет до утра.

Их район не считался показательно-образцовым. Обычный спальный район со своими плюсами и минусами. Новостроек давно не было, но поговаривали, что некто из области ведет переговоры с администрацией о скупке частного сектора за дорогой.

Дома там были все старые, пятидесятых годов. Конечно, многие перепродавались, приходили молодые пары, они достраивали, ремонтировали, но из-за того, что участки маленькие, размахнуться не представлялось возможности. Да и у кого есть деньги, не покупали те дома в их районе.

В одном из таких домов и жила Ирина.

Ей нравился их частный сектор. Соседи в большинстве своем дружелюбные. Если, конечно, не лезть на их территорию.

Пока Алена отвлекала Игоря, Ирина ускользнула. Напарница закроет кафе и без неё. Не впервой. Не будет же Игорь её догонять.

Ирина улыбнулась собственным мыслям. И сколько она будет бегать, интересно?

Пока есть возможность — будет.

Тень, отталкивающуюся от угла здания кафе, она не заметила. Некто будто слился со стеной, став почти незаметным.

И когда большая фигура в уже знакомой толстовке встала у неё на пути, Ирина негромко вскрикнула.

— Ты!.. Ооо…

Где-то в сознании возникли наставления брата, что рассказывал о реакции парней на девушек. Учил, что нельзя выказывать эмоции. Особенно, когда пугаешься. Она, будучи сопливой девчонкой, слушала его.

Тогда они ещё разговаривали с братом.

Тогда он ещё не связался с Бизоновым.

Она не ошиблась — незнакомец оказался высоким. Метр восемьдесят с чем-то — точно. И Ириной, с ее метр шестьдесят два, он воспринимался амбалом. Да ещё эти плечи… Она снова и снова возвращалась к ним. Широкие. Ирина не сомневалась, что и без толстовки они впечатлят любую девушку.

Плечи, рост — всё это полбеды.

Было нечто иное.

Что воспринималось на подсознательном уровне.

На уровне инстинктов.

Которые уже не в первый раз за прошедшие полчаса обострялись, едва ли не кричали.

Что-то было в этом мужчине необъяснимое.

Отталкивающее. Настораживающее.

Некая аура, идущая от всей его фигуры.

И да, от голоса тоже.

Мужчина молчал. Лицо по-прежнему было скрыто капюшоном.

Он преградил ей дорогу. Степень недоверия к нему резко подскочила.

Стараясь сохранить видимость спокойствия, хотя с этим сложно, учитывая, что она уже едва не подпрыгнула, Ирина произнесла:

— Вы меня испугали, — сознательно перешла на «вы», воздвигая между ними невидимую стену. — Вам что-то нужно? Если нет, уйдите, пожалуйста, с дороги, я спешу.