Отпечатки рук, пламя на моей заднице. Проклятое покалывание внутри.

Медленно закрыв глаза, я делаю глубокий вдох и выпрямляюсь. Движение смещает покалывание, и кажется, что мой мир горит. Я осторожно подтягиваю шорты, но моя задница горит. Трение заставляет меня стонать. Теперь я не стану скрывать это, потому что его здесь нет, и он меня не услышит.

Все так запутано.

Мне нужна выпивка. Или две.

Я слишком долго была трезва и, наверное, поэтому так реагирую. Если я буду наполовину пьяна, как обычно, или, еще лучше, полностью пьяна, я вернусь к своему роботизированному «я», которое почти ничего не чувствует.

Ларри никогда не одобрял моих пристрастий к выпивке, и я скучаю по нему, но я не могу его видеть, так что это требует еще выпивки.

Я обыскиваю деревянные шкафы по бокам комнаты, но ничего не нахожу. Наверное, они держат спиртное на кухне.

Выйдя из столовой, я иду по тому пути, который мне показывала Огла, пока не оказываюсь в прихожей. Я иду в противоположном направлении, предполагая, что там будет кухня.

Конечно же, я нахожу ее. Пространство большое и намного чище, чем любое место для приготовления пищи, которое я видела раньше. Белые столешницы сияют, а кухонные инструменты из нержавеющей стали занимают часть стойки, ожидая, когда их используют.

Я нервничаю, когда прикасаюсь к чему-нибудь, чтобы не испортить что-нибудь. Но моя потребность выпить перевешивает это чувство. У меня постоянно болит затылок, и эта боль ослабевает только от алкоголя.

Я начинаю с холодильника. Там есть вода, фрукты, овощи и бутылки с соком. Но никаких следов пива. Поэтому я перехожу к шкафам, проверяя их один за другим. Я нахожу крупы, вероятно, для Джереми, специи, кое-какую посуду, но никаких следов алкоголя.

Мои поиски становятся все более паническими, когда я открываю и закрываю каждый шкаф, лихорадочно роясь в них.

— Вы что-то ищете, госпожа Волкова?

Я вздрагиваю, дергаюсь назад, но моя рука остается на ручке шкафа, когда я смотрю на Оглу. Она стоит у входа, выражение лица, как обычно, замкнутое.

— Я… эмм… ты знаешь, где пиво?

— У нас нет пива.

Адриан похож на сноба, который не пьет пиво, так что в этом есть смысл. Я делаю еще одну попытку.

— Виски?

— Нет.

— Вино?

— Нет.

— У вас здесь есть алкогольные напитки?

— Нет.

— Как такое возможно? Разве Адриан не пьет?

— Не в доме, госпожа Волкова.

Я хочу спросить ее, почему, черт возьми, он этого не делает, но ее замкнутый тон и лицо удерживают меня от этого. Сомневаюсь, что она ответит, если я спрошу.

От недостатка алкоголя у меня болит голова. Это даже хуже, чем несколько секунд назад. Каждый наркоман, вроде меня, держится за обещание следующего удара, глотка, чего-нибудь, чтобы облегчить боль.