Откашливание вырывает меня из этого мгновения.

— Вы останетесь здесь, сэр? — спрашивает Коля по-русски. — Ян или я можем отвезти ее обратно.

— Все в порядке.

Я сажусь на красный кожаный диван и достаю телефон. Коля и Ян стоят по обе стороны от меня, скрестив руки. Ян, в частности, не является поклонником того, что я решил, и его хмурые черты — которые соперничают с бесстрастными чертами Коли — были постоянными в течение всей поездки.

— Расслабьтесь, ладно? — Я говорю по-русски.

Каждый из них расширяет свою позицию, но не меняет ее. Они могут быть двумя моими ближайшими охранниками, но они так же отличаются друг от друга, как день и ночь. Коля, мой ровесник, более дипломатичен — болтун, умиротворитель, который может все время носить с собой бомбу, а может и не носить на случай, если эти методы умиротворения не сработают.

Ян моложе, более безрассуден, меньше мыслитель и больше мускулистый человек, который всегда готов свернуть кому-то шею и ампутировать чужую руку одновременно. Его характер очевиден в его волосах, которые он держит длинными, хотя каждый из моих других мужчин не упускает пошутить об этом. Он почти не обращает на них внимания, потому что он также вспыльчив и уже имеет удары против них, на которые ему придется ответить.

Они были со мной с самого детства. Но мы с Колей в основном воспитывали Яна. Отец готовил их к тому, чтобы они стали моим внутренним кругом. На самом деле он привел их только для того, чтобы шпионить за мной, но все давно изменилось.

Мышцы Коли напрягаются, когда он достает телефон. Ян всегда называл его горой из-за его телосложения и характера. Мой младший охранник худощав, что делает его быстрее, но он все еще завидует, что никакие тренировки не могут сделать его таким же большим, как Коля.

Мой заместитель кладет телефон в карман.

— Игорь пытался связаться с вами, сэр.

— Игнорируй его.

— Михаил тоже.

— Не обращай на него внимания. Если только это не Пахан, мне не перед кем отвечать.

Он коротко кивает, пока я просматриваю свои электронные письма. Я периодически меняю свой номер телефона, и с тех пор, как я недавно это сделал, элитная группа Братвы прослушивает Колю от моего имени.

Мое положение в Братве достаточно высоко, чтобы мне сходило с рук неуважение к другим лидерам. Бригадиров четыре головы, из них двое — Игорь и Михаил. Я — общак, что означает, что единственный человек, перед которым я отчитываюсь, — это сам Пахан.

Единственный другой член на моем уровне — советник Владимир, но он не требователен. Мы существуем для Братвы так же, как существовали последние двадцать лет, с тех пор как Николай официально завербовал нас в пятнадцать лет. Или, скорее, Владимира завербовали. Я родился в этом мире.