Темные клубы непроницаемого мрака вырвались из его ладоней, хлынули волной впереди нас, ударили будто оскалы, расплескавшись фиолетовыми искрами, с тихим шелестом разлились, как вода по кромки до ног остальных команд, а мы шли по покорной черной глади… Ровно до вступления в игру Дана. Его волна абсолютного мрака была втрое больше, чем у Норта, все же Дан сильнейший некромант в нашей команде, и она всколыхнулась, выплеснулась над нами, словно мы с Нортом одинокий утес в бушующем океане, и чуть опала, открывая заревевшего над ареной Когтя. Остальные некроманты, отойдя от потрясения, решили, что это не дело — полностью отдавать внимание зрителей нам, и разом прокатился слаженный рев всей боевой нежити.

Норт оглянулся на Дана, Дан ответил ухмылкой, мол «Мы их сейчас сделаем», и они сделали! Они такое сделали! Дан шагнул вперед, сжал мою ладонь, и я оказалась зажата между двумя некромантами. А затем, разом, парни вскинули руки вверх. И я ощутила лишь отголосок силы, но над нами уже взметнулась волна мрака, значительно превосходящая две предыдущие! Тьма всплеском поднялась над ареной, невообразимым драконом расправила крылья, заревела так, что содрогнулась земля и сложилась надписью «Некрос» в небе! Надпись вспыхнула мраком, разошлась черным дымком и оставила после себя рисунок смеющейся смерти, что трогает пальцем острие собственной косы, словно проверяет качество заточки.

Толпа ахнула.

А смерть, по лезвию косы которой бликом промчался синий огонь, чуть склонила голову, словно приветствуя нас, а затем, раскинула скрытые под мантией руки и провозгласила не то, что над ареной, над всей столицей седьмого королевства:

«Мертвые игры начались!»"

"И из ее рта вырвалось черное пламя, чтобы порывом ветра разойтись по всем рядам зрителей.

И площадь не просто погрузилась в потрясенное молчание, площадь утонула в нем. А смерть, наша некросовская эмблема, чуть склонившись к нам, вроде как заговорщицки, но на самом деле достаточно громко, прошептала:

— Сделайте их.

— Непременно, — гордо пообещал Норт.

Руки к тому времени мы уже опустили, так что смотрелось данное представление откровенным благословлением нас самой смертью.

Сказать, что после такого все присутствующие команды были деморализованы, это ничего не сказать. Все были в шоке!

И вот в этом всеобщем шоке, под всеобщими потрясенными взглядами, во всеобщем потрясенном молчании, мы и проследовали на свое место. Все так же держась за руки, как самая сплоченная команда на свете.

Сверху раздался перепуганный голос одной из ведьмочек, кажется Любавы:

— Гхм… м… эм… Смерть, простите, можно к вам так обращаться?

Дан покровительственно улыбнулся.