Захариха смахнула слезу украдкой, а батюшка сказал нарочито громко:

– Ну, пойдём-ка, поглядим, что там наша красавица навышивала?

Они вошли в комнату девочки и увидели, что те с Лидией Николаевной сидят за столом, а на столе разложены иконы, рушники, платочки и всяческие другие работы.

– Батюшки мои, – всплеснула руками Захариха, – Да когда ж ты успела-то, а? Ты ж целыми днями на стройке всё пропадаешь!

– Да что там, бабушка, где часок, где полчаса, вот и двигается работа потихоньку.

– Молодец, Надийка, – похвалил её священник, – Господь да благословит твои ручки.

– А знаешь ли ты, – продолжил он, – Кто такая Лидия Николаевна?

– Нет, – с удивлением протянула Надийка.

– Она ведь учительница будет в вашей школе.

– Правда? – воскликнула потрясённо Надийка.

– Правда, – улыбнулась Лидия Николаевна, – Вот наберу ребят, и будет у нас класс, а я учить стану. А ты сама хочешь в школу пойти?

– Конечно, хочу! – с готовностью ответила Надийка, – А меня уже Мария немного научила и считать и писать.

Надийка вытащила из-под подушки тетрадочку, подаренную Марией, и показала Лидии Николаевне.

Та открыла её и увидела разные надписи: имена, названия цветов и трав, предметов быта, и к каждой из них нарисована была соответствующая картинка.

– Вот это да, да у тебя тут целый словарь получился! – удивилась учительница."

"– А что это?

– Это вроде учебника, в нём объясняется значение слов. Ты большая умница, что успеваешь ещё и заниматься, и Мария молодец, что научила тебя.

– Да, Мария у нас молодец, – согласно кивнула Надийка.

– Ну, а теперь пойдёмте, пожалуй, на стройку, – произнёс батюшка.

Все согласились, что, действительно, пора, и вскоре уже вышли из дома, и зашагали в сторону будущей часовни.

ГЛАВА 30

Надийка с батюшкой, Лидией Николаевной и даже с Захарихой, которая нынче, несмотря на больные ноги, не выдержала, и тоже собралась наведаться на стройку, приближались к будущей часовне. Стояло погожее летнее утро. Щебетали весело птицы. День напоён был ароматом трав, свежестью лугов и речной прохлады, приносимой лёгким ветерком, что ласково перебирал завитушки волос, выбившихся у Надийки из-под косынки. Солнечные лучики целовали носы ребятишек, щедро одаривая их веснушками.

Над головами порхали бабочки, перелетая с цветка на цветок и всё кругом было пёстрым и радостным. Надийка что-то весело напевала себе под нос, неся на локте корзинку с хлебом, который Захариха напекла ещё с вечера. Батюшка переговаривались с учительницей, Захариха кивала, соглашаясь и одобряя. Она шла бодро, лишь слегка прихрамывая на одну ногу, видно и на неё подействовала благодатная атмосфера этого летнего утра, так, что даже постоянная, нудная, мучившая её боль, нынче отступила.