Мэтт вспыхнул, но только кивнул. Ему казалось, что какая-то фея махнула палочкой, и все забыли и о скандале, и о дуэли, и о смерти Филиппа, и только он сам помнит об этом, с трудом встраиваясь в этот когда-то привычный мир, где к нему относятся с уважением, подают руку и не забывают пригласить в гости.

- Я слышал, вы прибыли на выставку и остановились в Бат-Хотэл. Это плохая затея, Нортвуд. Я просил бы вас переехать в этот дом. Он достаточно велик, чтобы вместить вас.

Мэтью удивлённо уставился на него, ни в силах выговорить ни слова.

- Лишние слухи нам не нужны, - поймав его взгляд, пояснил Тайлор, - вы обязаны жить со своей семьей, и я предлагаю вам перевезти сюда свои вещи, либо снять отдельный дом для Оливии и Глории.

Одна только мысль, что он останется где-то наедине с Оливией, вызывала у Мэтта такой ужас, что он незамедлительно согласился переехать в дом герцога и даже послал слуг за своими вещами. Ему выделили большую комнату во втором этаже, и вскоре он, недавно ещё изгой, оказался не только членом высшего общества, но и членом собственной семьи. Грейс приветствовала его с улыбкой, будто ничего не произошло. Он не знал, как вести себя с ней, но воспитание не позволило ему быть невежливым с дамой, и слово за слово сложилась беседа, из которой он узнал, что Глория сейчас играет с детьми Грейс, и что они подружились, чему она очень рада. Мэтью к своему стыду забыл про Глорию, которая казалась ему каким-то неудобным приложением к Оливии, и теперь попытался хоть что-то выдавить из себя, что показало бы его интерес к собственной дочери."

"Отзвуки старого мира и его изгнанничества прозвучали сразу после семейного ужина где кроме Тайлора и Грейс присутствовали какие-то гости. Мэтт старался держаться как ни в чём ни бывало, и все тоже держались так, будто ничего не произошло. Грейс была очень предупредительна и постоянно кидала на него взгляды, чтобы не дай Боже он не натворил чего-нибудь неприличного. Но Мэтью постепенно возрождался, принимая, что общество и его семья предпочитают закрыть глаза на его грехи. К концу ужина он уже достаточно спокойно общался со всеми, и чувствовал себя частью семьи герцогов Трентонов, понимая, что так просто герцог его в обиду не даст. А того, кого принимает и привечает герцог Трентон, общество не может отторгать.

Когда гости разъехались, а утомленная долгим днём и ужином Грейс поднялась к себе, Тайлор пригласил Мэтью выпить бокал вина или чего покрепче.

Они сидели на открытой веранде, в саду стрекотали цикады, и было что-то невозможное в этой идиллической картине.

- Я бы настоятельно не советовал вам забывать о том, что приключилось с вами в Лондоне, - проговорил герцог, рассматривая бокал на свету.

Мэтт вздрогнул.