Остальные вещи заберу позже, — Лёша в бешенстве орал из спальни, видимо собирая необходимое, а я вжалась в диван, мечтая заткнуть уши и убежать как можно дальше от него. Это было даже к лучшему, что он так себя вел. Меньше сомнений и сожалений у меня останется, — По квартире тоже губу не раскатывай, она наша. Я на нее такие же права имею, как и ты…

Больше не могла этого слушать, да и зная Алексея, понимала, что любое мое слово сейчас будет действовать на него, как красная тряпка на быка. Встала и ушла в ванную, закрылась там и включила воду, давилась слезами, не в силах вдох сделать. Сжимала край раковины до побеления пальцев и молилась о том, чтобы он поскорее ушел.

Он стучался, что-то кричал, но я зажала уши ладонями и тихо шептала:

— Он сейчас уйдет… Тишина и покой наступят… Потерпи немного…

А потом всё стихло. Выключила воду и прислушалась. Он ушел. Надеюсь, теперь навсегда.

* * *И всё же, как замечательно сменить обстановку, куда-то вырваться. Тем более к родным людям, в дом, где тебя ждут, где тебе всегда рады. Мама встречала меня в аэропорту, увидев ее, замахала рукой, чувствуя, как увлажняются глаза. Невысокая, ухоженная, она выглядела прекрасно. Свежая, загорелая, в нежного цвета одежде. Стоило добежать до ее, как меня прорвало. Словно маленькая рыдала, сжимая свою мамочку в объятиях. Вроде взрослая самодостаточная женщина, а ревела, как нежный подросток, ощущая себя в тот момент таковой.

— Ну что ты, Наточка, девочка моя, — сорванным от эмоций голосом прошептала мама, — Всё будет хорошо, мы так ждали тебя…

— Мама, я тебя так люблю, — жарко шептала ей в ответ, не желая отстраняться, мечтая навсегда остаться рядом с ней. Она залечит все мои раны, погладит по голове, утешит, примет любой…

— И я тебя, доченька, — улыбаясь, она разорвала наши объятия, присматриваясь ко мне, — Похудела как… Девочка моя, ни один мужчина не стоит этого.

— Легче сказать, — вытирая щеки и тоже улыбаясь через силу, проговорила я, — Мам… Я не знаю, как дальше жить, что делать. Мне страшно. Лёша был первым и единственным, я даже не могу представить, что меня еще кто-то трогать будет, не говоря о более близких контактах, да Боже, мне все противны вокруг.

— Это пройдет, — взяв меня за руку и погладив, утешала мама, — Сейчас всё ещё очень свежо в твоих воспоминаниях, но со временем появится человек, которого ты впустишь в свое сердце.

— Думаешь? — хмыкнув, уточнила, особо не чувствуя просвета в моей кромешной тьме.

— Уверена, — кивнула серьезно она, — У меня папа твой тоже второй муж. Сейчас оглядываясь назад, думаю, какая я глупая была, что терпела к себе такое отношение, что боролась за того человека. Поверь, твое от тебя никогда не уйдет и не предаст, значит Алексей просто не твой мужчина.