Он долгое время и не знал о парнишке, которого мать воспитывала там же, где работала, – в таверне. После смерти матери сын продолжал работать в той же таверне. Джереми было уже семнадцать лет, он прекрасно знал, на что может претендовать, и пускался на самые разнообразные уловки, лишь бы выудить из отца то, что хотел. Бездельник преуспел отлично в этом деле! Поэтому Энтони не было никакой нужды беспокоиться о продолжении рода. Три старших Мэлори уже позаботились об этом.

Джеймс вытянулся на кушетке с графином бренди в руке. Его шесть футов едва на ней умещались. Он размышлял о новобрачных – там, в верхней комнате, и о том, чем они сейчас занимались. Хорошо сложена, чувственные губы… Ответ не приходил в голову Джеймсу, и причины столь странного поступка, на который сам Джеймс никогда бы не пошел, оставались необъяснимыми. Нельзя было не согласиться, что товар, на который он соблазнился, был первосортным. Рослинн Чедвик… О, нет, уже Мэлори.

Джеймс вспоминал, как и сам приволакивался за ней, хотя Энтони уже тогда положил на нее глаз. Когда оба они, много лет назад, были молодыми повесами, то частенько волочились за одной и той же девчонкой, просто азарта ради. Победителем, как правило, становился тот, кого леди замечала первым. Энтони был красавцем, что и говорить, женщина не могла перед ним устоять, но и Джеймс ему не уступал. Хотя братья совершенно не походили друг на друга.

Энтони выше и тоньше в кости, у него смуглая кожа, унаследованная от бабушки, и кобальтово-синие глаза, как у Реган, Эми и у Джереми, сына Джеймса. Последнего это обстоятельство немало раздражало, тем более что Джереми больше походил на Энтони, чем на Джеймса. Сам Джеймс был более типичным представителем семейства Мэлори – светлые волосы, зеленоватые глаза, широкая кость, высокий. «Очень красивый», – как часто говоривала Реган.

Джеймс усмехнулся, вспомнив о ней. Его единственная сестра Мелисса умерла, когда ее дочери было два года, поэтому Реган воспитывали дядья. Она была им всем как дочь. Она, однако, выбрала в мужья этого мужлана Эдена. Что же оставалось, как не терпеть его? Тем более, что Николас Эден уже доказал, что может быть образцовым мужем.

Энтони, конечно, явно не устоял перед натиском. У Эдена, в конце концов, было оправдание – он обожал Реган. Но Энтони обожал всех женщин без исключения. В этом они с Джеймсом были схожи. Джеймсу уже скоро стукнет тридцать шесть, но не было такой женщины, которая сумела бы заманить его в сети брака. «Люби их и оставляй их» – этим девизом Джеймс успешно руководствовался до сих пор и будет руководствоваться им и впредь.

ГЛАВА III

Ян Макдонелл был американцем во втором поколении, но его шотландское происхождение говорило о себе и ярко-рыжей шевелюрой, и легким акцентом.