Именно по причине этих заторов на Темзе ее семья, владевшая несколькими торговыми кораблями, предпочитала не иметь дело с Лондоном. Они воздерживались от торговли с Англией еще до войны. Корабли «Скайларк Лайн» не заходили в Лондон с 1807 года, когда в результате войны с Францией Англия оказалась в блокаде и половина европейских государств прекратила торговать с ней. Компания сочла, что торговля с Дальним Востоком и Вест-Индией не менее выгодна и значительно более удобна.

Даже после того, как ее страна в самом конце 1814 года подписала договор с Англией и урегулировала свои проблемы, «Скайларк Лайн» не возобновила торговлю с Лондоном. И все потому, что снять складские помещения в Лондоне оказалось немыслимой проблемой. Товары по большей части оставались прямо на причале, открытые стихии и ворам. За год пропадало товаров почти на полмиллиона фунтов стерлингов! Если же стихия и воры не до конца портили товар, угольная пыль, окутывавшая порт, довершала дело.

Не было смысла терять доходы и терпеть убытки, когда их можно было с лихвой заполучить на других торговых путях! Вот почему Джорджина прибыла в Лондон не на корабле Скайларков, вот почему она не могла вернуться домой в любое время, когда бы захотела. Все это оборачивалось большой проблемой – ведь у них с Маком на двоих было лишь двадцать пять американских долларов, то есть ровно столько, сколько они имели с собой в момент кражи. Надолго ли им хватит этих денег, они не знали, и потому Джорджина оказалась в меблированной комнате над таверной в Бара, районе Саутворка.

В таверне! Если только ее братья узнают… Они ее убили бы в любом случае уже за то, что она отправилась в плавание, не спросив у них разрешения, воспользовавшись тем, что они находились каждый по своим делам в разных частях света. Как бы там ни было, она отправилась в путь без спроса! Несомненно, в качестве худшего варианта ей следовало ожидать лишения содержания на ближайшие десять лет. Ее наверняка запрут в комнате и каждый из братьев будет бить ее кнутом…"

"В действительности же они, видимо, только накричат на нее. Хотя пять орущих злых братьев, каждый больше и старше ее, их голоса, сливающиеся в один мощный аккорд, их гнев, направленный на нее, – обо всем этом можно было думать лишь со страхом. К сожалению, подобные мысли не остановили Джорджину, и она пустилась в плавание к европейским берегам в компании Яна Макдонелла, который не находился с ней даже в дальнем родстве. Ей пришло в голову, что здравый смысл, которым в избытке была наделена ее семья, иссяк к моменту ее появления на свет.

Едва лишь она оттолкнула в сторону тарелку с недоеденной пищей, как в дверь постучали.