– Подумав, он покачал головой: – Нет, Рустэм, они не развязали караульному язык. Иначе повернули бы назад.

Давлатов выслушал сообщение от Аслана Магометова и на время выключил рацию.

– Все его люди на месте, – сказал он.

– Значит, диверсанты повернули-таки.

– Или решили зайти с другой стороны. Эти русские начинают действовать мне на нервы, – скрипнул зубами Давлатов. – Я вообще не пойму их тактику. Хотя она проста как блин: пробраться на базу незамеченными и заминировать здания. Без мин они никто, просто тринадцать автоматчиков. Считай, сейчас мы играем в открытую. Я выставляю дозоры, а они, вместо того чтобы обойти караульных, убивают в каждой группе по одному человеку.

– Придется поднимать всех людей, ставить по периметру базы и держать до рассвета. И поднимать прямо сейчас. Другого выхода я не вижу.

– Они смеются над нами, Увайс. Они поняли, что их планы раскрыты, и просто напрягают нас. Они же не дураки нападать на базу, чей личный состав поднят на ноги. Они ушли, это факт, но продолжают держать нас в напряжении. Я бы все отдал, – под глазом Индуса забился нервный тик, – ухо свое бы отдал, чтобы захватить хотя бы одного из них. Ты прав, придется поднимать всех, включая бойцов Джафаля А утром дадим им отдохнуть.

– Ты и завтра хочешь выставлять посты?

– Я хочу одного: взять этого... Марковцева, что ли. Тигр с умом лисицы, сказал мне Бараев. Кем бы он ни был, в светлое время суток он – обычный стрелок. Самое обидное то, что их всего-то тринадцать человек. Тринадцать мух в комнате, которых хрен поймаешь. Не кусаются, падлы, но спать не дают.

Встав с места, Давлатов распорядился:

– Поднимай людей, Увайс. А с рассветом отправляй их отдыхать. Только посты усиль вдвое.

Индус прошел в свой кабинет и, не разуваясь, лег на узкую солдатскую койку. Все происходящее казалось ему шуткой, злой шуткой Вахи Бараева. Однако на кого списать трупы караульных? Ладно бы они замерзли, но у одного от кадыка до уха распорото горло, а у второго дырка точно под подбородком.

67

Москва, 20 декабря, утро

В семь часов утра полковник Эйдинов был уже на ногах. Генерал Ленц оставил ему координаты майора Савченко – для связи. Но если таковая и состоится, то односторонняя: начальнику профильного отдела нечего будет сказать Савченко. Разве что поделиться новостью, которая дошла до Владимира Николаевича после возвращения из Аквариума: накануне вечером в своей машине был застрелен Николай Григорьевич Постнов.

В первые минуты Эйдинов почему-то решил, что это работа его суперагента по особо щекотливым поручениям, что каким-то образом до Марка дошла информация о смерти Жени Заплетиной и он сумел отомстить. Придет пора, и Сергей узнает о гибели Жени, тогда вся вина ляжет на полковника.