Если ты кому-нибудь скажешь… Я своими руками вырву тебе сердце, можешь мне поверить!

Лора уходит, а я подскакиваю к двери. Проворачиваю на все обороты.

Хватаю тест, читая на ходу, что он самый надежный и быстрый на этикетке.

Не так. Не так я хотела узнать, будет у нас ребенок или нет.

Я купалась в любви Бадрида и верила, что он наверняка тоже будет счастлив.

Я забыла, кто я. Ну, практически забыла. Перестала об этом думать.

Но теперь Лора посеяла злое зерно сомнений. Которое начинает разъедать меня изнутри, как кислотой.

Провожу все необходимые манипуляции и вижу, как перед застеленными слезами глазами расплываются две ярких полоски.

Этот самый счастливый в жизни каждой женщины момент Лора испортила дурной горечью.

— Это все глупости, малыш, — шепчу, поглаживая живот. — Все неправда. Я уже люблю тебя больше жизни. И твой отец. Он тебя любит. Он будет так счастлив, когда узнает! И он обязательно. Обязательно нас защитит!

От всего мира! Да! Я знаю! Мы будем счастливы, что бы ни встало на нашем пути!

Если я и могу кому-то верить в этой жизни, то только в нашу любовь и Бадриду! А от всех остальных даже не знаю, чего можно ожидать! Все оказываются другими. Лживыми.

73 Глава 73

* * *Бадрид.

— Ситуация охренеть, — хмурится Арман, отшвыривая очередную бутылку из-под виски.

Благо, у всех у нас хватает разума не враждовать и не выяснять отношения сейчас.

В серьезных вопросах мы, как всегда, вместе.

— Мы время потеряли. И вырезать надо было всех. Сразу. Одним ударом, — Давид трет переносицу, сжимая кулаки.

— Я не упрекаю тебя, брат. Правильно пойми. Делаю выводы на будущее.

— Мы и вырежем, — хмыкает Арман, откидываясь на спинку стула. — Когда этот пиздец закончится. Это мудачье еще не понимает, куда влезло. Только не одним ударом. А долго, медленно и мучительно. Благородные они, блядь! Оскорблены, видишь ли, были! А оказывается, только кусок пожирнее урвать навострились!

— Хорошо, что вы оба уверены, что это будущее у нас есть, — усмехаюсь.

Что бы без них делал?

— Ладно. Арман, ты готовь своих людей. Только тихо. Аккуратно переведи половину активов на себя, частями.

— А ты, Давид, начинай копать под Лузанских. Так, чтобы за эти два дня у нас был ответный удар по всех их фронтам. Финансы, люди, все полностью.

— А ты?

— А я поеду объединять с ними капиталы, как старый Лузанский и хотел когда-то. Выиграю время, получу его отказ от действий. И тогда ударим. На максимум. Чтоб даже дыма не осталось. Успеете?

— Ну, раз главную жертву у нас приносишь ты, то мы просто не можем не успеть!

— Старик и все Лузанские охренеют от счастья. Потеряют бдительность, а за это время мы так подкопаем, что все завалится!

— Тем более, что все они будут в это время у меня. Не до дел им будет точно.

Санников получит свою плату.