– Но она всегда была со мной любезна, и мне кажется, я ей все больше нравлюсь. Мы вместе переделываем гостиную. А Генриетта… всегда идет на поводу у сестры, но она милая и добрая. И очень привязалась к Вилли.

– А Гастингс? Он хорошо к тебе относится?

– Да, папа, – ответила Элиза и выразительно посмотрела на отца, давая понять, что больше ничего об этом не скажет. – Еще не хватало, чтобы ты стал выяснять с ним отношения.

– А что, следовало бы? – с наигранным удивлением поинтересовался Кросс. – И в чем же он провинился?

– Ни в чем. – Элиза не собиралась перекладывать на отца решение насущных проблем ее семейной жизни.

По глазам мистера Кросса было видно, что он сильно переживал за любимую дочурку.

– Мое дело – проследить, чтобы моя девочка была счастлива. И если Гастингс не тот мужчина, что должен быть рядом…"

"– Он тот самый! – воскликнула Элиза. Ничего хорошего не выйдет, если она поделится с отцом своими переживаниями. Только разозлит его. – Не смей ничего предпринимать, папа.

– Тебя послушать, так ты мне не доверяешь.

– Я ведь тебя знаю, папа, – со смехом отозвалась Элиза. – Ты считаешь, что без твоего вмешательства никто ничего путного сделать не может. Но поверь, в данном случае твоя помощь будет лишней.

– Но если тебе все-таки нужна помощь…

– Нет! – Элиза со стуком опустила чашку на блюдце. – Мне твоя помощь не нужна. Была бы нужна, я бы тебя попросила…

Тут Кросс широко улыбнулся и проговорил:

– Узнаю свою девочку. Ладно, будь по-твоему. Покуда Гастингс делает тебя счастливой, не буду ему мешать.

* * *Хью очень переживал накануне их с женой первого совместного выхода в свет, но волновался напрасно.

Элиза не только выглядела превосходно в переливчатом зеленом платье, придававшем какой-то особенный блеск и даже сияние ее глазам, но ей еще и удалось поработать над осанкой и манерой держаться. В ней, пожалуй, аристократизма было не меньше, чем в нем, если не больше, а уверенности в себе хватило бы и на двоих. Хью был впечатлен произошедшей с ней переменой. От застенчивой и робкой девушки не осталось и следа. Она вошла в музыкальный салон леди Горенсон с высоко поднятой головой, в ослепительном сиянии бриллиантов, с королевской вальяжностью принимая восхищенные взгляды.

Надо думать, уверенности Элизы способствовало и то, что ее подруга тоже оказалась там. Леди Джорджиана взяла Элизу под руку и повела по залу, представляя тем леди, знакомство с которыми было бы полезно для ее нового статуса. Хью не вмешивался, но постоянно держал жену в поле зрения.

– Как замечательно, что у нее такая подруга, – вскользь заметила подошедшая к нему мать.