Элиза посмотрела на Мэри, и та в ответ лишь плечами пожала.

К счастью, Хью оказался дома – сидел у себя в кабинете, склонившись над гроссбухами. При появлении жены он поднял голову и улыбнулся.

– Заходи, дорогая.

Элиза вошла, плотно закрыла за собой дверь и сообщила:

– Мы с Генриеттой только что вернулись с прогулки по магазинам на Бонд-стрит.

Но Хью, уже что-то писавший, встретил ее слова негромким смешком, потом проговорил:

– Прогулки по магазинам – ее любимое занятие.

– Я хотела купить Эдит подарок – в качестве компенсации за растерзанный Вилли ридикюль, – сказала Элиза.

– Нашла что-нибудь? – Перевернув страницу, Хью снова принялся что-то писать."

"– Да, веер из слоновой кости, – ответила Элиза и, нахмурившись, продолжила: – А потом случилось что-то очень странное… Разве Эдит не помолвлена с мистером Реджинальдом Бенвиком?

Граф внезапно нахмурился, а затем пристально взглянув на жену, проговорил:

– А почему ты спрашиваешь?

– Мы заметили его на улице. Генриетта назвала его по имени, и тогда он повернулся и посмотрел на нас… – Элиза прикусила губу – ведь это случилось не тогда, когда он посмотрел на Генриетту, а когда посмотрел на нее.

– И что же произошло? – Хью встал из-за стола и приблизился к жене. Лицо его исказилось от гнева. – Что он тебе сказал?

Элиза густо покраснела.

– Ничего. Ни единого слова. Просто он… развернулся и ушел, не удостоив нас даже кивком.

Граф сжал кулаки и, сорвавшись с места, прошелся по комнате. Когда же он повернулся к жене, на него было страшно смотреть. Элиза никогда еще не видела мужа таким. Впрочем, уже через мгновение он взял себя в руки и со вздохом пробормотал:

– Вот бесстыдник… – Как ни странно, Хью сказал это безо всякого гнева – разве что с некоторой досадой.

– Между ним и Эдит что-то не ладится? – решилась спросить Элиза.

– Эдит тут ни при чем: это Бенвик… капризничает.

Элиза прикусила губу. Для нее было совершенно очевидно: Хью либо не осознавал серьезности проблемы, либо не хотел посвящать в это дело ее.

– И в чем именно заключаются его капризы?

Хью не ответил. «Но что же он скрывает?» – думала Элиза. По лицу его ничего нельзя было прочесть.

– Это не слишком приятная история, – проговорил он, наконец, опустившись в потертое кожаное кресло.

– Речь идет о брачном контракте?

После того как Хью сделал ей предложение, Элиза, готовясь к разговору с отцом, полагала, что ей придется уговаривать его не скупиться и не торговаться, поскольку она понимала, что после случившегося в беседке тянуть со свадьбой не стоило. Но упрашивать отца не пришлось – он был по-королевски щедр.

– В определенном смысле – да, – ответил Хью после минутного молчания.

Элиза подошла к нему и села рядом.