Конечно, потом выгнали виновников на старт с тряпками, и они пытались собрать вручную все то, что пролили. Естественно больше половины успело испариться и впитаться в бетон, а старты пришлось отложить еще на два дня, так как надо было дожидаться, когда не будет ощущаться запаха паров эфиров.

Уже во время первых запусков, наши расчеты были подтверждены, максимальная дальность пуска составила пятьсот сорок километров, поэтому мы сразу пересчитали количество топлива, нужное чтобы достать до цели, находящейся на расстоянии в триста километров. Иначе слишком большой там получался «бада-бум», как с оснащенной взрывчаткой головной частью, пусть лучше все топливо сгорает в процессе разгона ракеты.

Надо сказать, что произведенные нами ракеты оказались очень надежны, только одна не долетела до цели, надо будет еще разбираться, почему это произошло, останки ее нашли сразу в ста тридцати километрах от пуска. Если судить по не так уж сильно обгоревшим обломкам, можно было прийти к выводу, что была нарушена герметичность бака с керосином. Точность новой инерционной системы управления тоже оказалась выше ожидаемого, почти все ракеты попали в квадрат со стороной в сто метров, то есть это считается стопроцентным попаданием в цель.

Полностью всю программу отстреляли к двенадцатому сентября, ну и напоследок, ахнули оставшимися четырьмя ракетами по цели на расстояние в пятьсот километров. И тут система наведения показала себя во всей красе, на трех изделиях добились стопроцентного попадания. Все, думаю, у Соколова не найдется возражений для принятия наших изделий на вооружение. Интересно, а как у них пойдет испытание «немцев» насколько мне стало известно, для них стартовую площадку должны подготовить к десятому октября. Ох и плюется, наверное, Вознюк начальник полигона, подкузьмили мы ему со своими испытаниями, почти месяц из графика строительных работ украли. Но тут уж сами виноваты, могли и раньше строительные работы начать. Хотя строители и так не стояли, пока их на полигон не пускали, они свой военный городок отстраивали.

Встречали нас на производстве как победителей, даже митинг торжественный был организован по этому поводу, и парторг, зараза, целоваться полез. Вот чего я не понимаю и никогда не пойму, что за радость такая, тьфу, еле увернулся. Пришлось экспромтом произнести речь, о том, что это победа всего коллектива ОКБ-51, ну и о заслугах партии, во главе которой стоит наш великий вождь товарищ Сталин, тоже не забыл сказать, без этого ни одно торжество на производстве в этом времени обойтись не могло.