Все дело в том, что 1946 году НКВД было упразднено и вместо него сформировано Министерство Внутренних Дел СССР, и теперь охрану секретной техники должны были осуществлять, внутренние войска, а они в армейской среде никак не котировались, так как их считали годными только для конвоирования заключенных. Из своей истории я знаю, что дело это решилось спустя год, когда внутренние войска МВД (части оперативного назначения) были переподчинены Министерству государственной безопасности СССР. А пока ликвидация комиссариатов привела к вот такому падению престижа некогда грозных войск НКВД и теперь каждый генерал, а в данном случае это был генерал-майор Вознюк, начальник полигона, ни в грош не ставил их требования. Дня не проходило без взаимных претензий и выяснения отношений между МВД и армейцами, иной раз даже доходило до предупредительной стрельбы. Все это хоть и веселило нас иногда, но жутко мешало работе."

"Шоу с противостоянием МВД и армейцев мы наблюдали дня три, а потом нам это надоело и мы телеграфировали Соколову с просьбой навести порядок на подведомственной ему территории. Это мы так мелко отомстили ему за то совещание в ГАУ, ткнули его носом в собственные недоработки, мол, чего ты от нас требовал, если у самих еще конь не валялся. Надо сказать, что меры были приняты очень быстро, откуда-то через два дня прибыла дополнительная часть, подчиняющаяся ГАУ, которая и взяла все охранные функции на себя. Вот тут-то и взвыли строители, ибо их сразу попросили с вещами на выход, строительные работы они будут доделывать после того, как все испытания будут закончены.

Ну что сказать про проведение полигонных испытаний? Дня три пришлось опять угробить на наведение порядка на стартовой площадке, по-моему, это уже превращается в визитную карточку ракетных полигонов. Бункер пришлось покинуть, несмотря на возражение начальника полигона, сидеть в полутьме, а освещение в этом защитном сооружении было еще далеко от завершения, мы не намеревались. Наблюдать за стартом пришлось из траншей, которые были вырыты неподалеку от бетонной коробки, так хоть видно что происходит на стартовом столе. Рисковали, конечно, но вроде не так сильно, как во время испытания немецких ракет, с жидким кислородом риска гораздо больше. Первые два пуска прошли без происшествий, а вот на третьем произошло ЧП, оператор заправщик плохо закрепил рукав топливозаправщика, или там неисправен был «замок»… короче, шланг сорвало, и пока перекрывали подачу топлива, на старте было пролито где-то триста литров керосина. А ведь это не совсем тот керосин, который продается для населения, в нем были растворены эфирные добавки, которые облегчали горение топлива, поэтому малейшая искра и прости-прощай.