Что же с ней такое творится? Не сошла ли она с ума?

Леди Лофтс коснулась отметины на щеке, чтобы лишний раз напомнить себе о прошлом. Мужчины не интересуются чувствами женщин. Им нужно только одно — навязать женщине свою похоть. Все они таковы, даже Раймонд. Конечно, он почтителен и вежлив, но по его глазам Джулиана видела, каковы его мысли на ее счет. Желание светилось в его глазах, сквозило в каждом жесте. Зачем обманываться — он такой же, как другие мужчины.

Но тут ей пришло в голову, что Раймонду ни к чему учинять над женщиной насилие. Любая будет рада его вниманию.

Устыдившись собственных мыслей, Джулиана недовольно спросила:

— А ты кто такая?

— Меня зовут Валеска.

Незнакомая женщина стояла у изголовья кровати, держась за полог. Голос у нее был низкий, хриплый, а карие глаза обладали странной магнетической силой.

— Я тебя не знаю! — возмущенно воскликнула Джулиана.

Старуха с достоинством ответила:

— Меня вызвал господин…

— Какой господин?

— Раймонд.

— А, ты — одна из женщин, о которых он говорил?

Джулиана спустила ноги на пол, готовая немедленно разыскать Раймонда и потребовать от него ответа.

— Изволите вставать, миледи? — раздался еще один голос, тихий и мелодичный.

Джулиана протерла глаза, обернулась и спросила:

— А это еще кто?

С другой стороны кровати стояла белокожая, тоже не первой молодости светловолосая женщина. Она была необычайно высокого роста и сутулая.

— Меня зовут Дагна, миледи.

— Ты тоже приехала по зову своего господина? Я хочу сказать, мастера Раймонда?

— Мастера? — Дагна недоуменно нахмурилась. — Ах да, меня тоже вызвал Раймонд.

Она наклонила голову и внимательно осмотрела Джулиану с головы до ног.

— Хорошенькая, но робкая, — сказала она вслух.

Валеска дотронулась до ночной рубашки Джулианы своими желтыми пальцами и заметила:

— Надеюсь, ома не показывается в этом тряпье на людях. Смотреть стыдно.

Только теперь до Джулианы дошло, что служанки обсуждают ее, и она вспыхнула. Какая наглость! Можно подумать, ее здесь нет или что она малое дитя.

— Как насчет шали? — спросила Дагна.

— Той самой, с корабля? — Валеска пошамкала беззубым ртом, оценивающе взглянула на Джулиану. — Что ж, в самый раз.

С этими словами она удалилась, а Джулиана резко спросила:

— Где Файетт?

— Кто-кто?

Джулиана строго насупилась:

— Моя служанка!

— А, эта девчонка, — отмахнулась Дагна — Мы сказали ей, что сами позаботимся о вашей милости.

В этот момент вновь появилась Валеска. Она взмахнула узорчатой шалью умопомрачительной красоты, и служанки в два счета обернули яркой тканью плечи Джулианы.

— Какая наглость! — воскликнула Джулиана, срывая с себя шаль.

— Неужели не понравилась? Это моя любимая шаль.

Валеска обнажила в улыбке все три своих зуба, любовно погладила ткань.