Есть ужасно хотелось, но каждый знает, как опасно преломить хлеб в обществе сатаны. Откусишь кусочек — и пропала, никогда больше не вернешься в мир живых. Нервно сжав пальцы, Джулиана упрямо повторила:

— Нет, не голодна.

— Ну хоть сядьте к столу.

Он мягко взял ее за локоть, подвел к скамье, усадил.

— Я уж и вино поставил разогреваться. — Он слегка коснулся пальцем ее носа. — Вина-то хоть вы выпьете?

Джулиана хотела отказаться, но не решилась возражать этому мужчине было трудно — слишком уж уверенно, властно он держался. Хорошо, решила она, возьму кружку с вином, но пить не буду. Недовольная собственной трусостью, она сердито спросила:

— А кто вы вообще такой? Почему вы на меня напали?

Он склонился над огнем, приподнял крышку котелка, и сразу же запахло пряным красным вином.

— Вы хоть понимаете, миледи, что в одиночку ни за что не добрались бы до своего замка?

Голос его звучал вполне искренне, и Джулиана испытующе заглянула ему в лицо, чтобы понять, не морочит ли он ей голову. Потом вздохнула и поспешно вцепилась в поданную ей кружку, наполненную горячим напитком. Занемевшие пальцы сразу ожили.

— Пейте, — приказал мужчина.

Джулиана закрыла глаза, чтобы лучше насладиться ароматом. Соблазн выпить был велик. Пахло травами и еще каким-то ароматным, незнакомым запахом. Когда Джулиана открыла глаза, она увидела, что мужчина придвинулся к ней вплотную.

— Пейте, — повторил он, и она, как зачарованная, повиновалась.

Вино было вкусным, оно согрело ее и придало уверенности, однако все же необходимо было выяснить, что готовит ей судьба.

— Так почему все-таки…

— Пейте до дна.

Джулиана испуганно осушила кружку и тут же, разозлившись, с размаху стукнула ею по столу. Как странно он с ней разговаривает — словно взвешивает каждое слово. Заглянуть ему в душу не представлялось возможным. Мысли этого человека — глубокий омут.

Он пытается прибрать ее к рукам, воспользоваться ее усталостью и слабостью. Подбирает к ней ключик, соблазняет, подманивает. Обопрись на меня, нашептывает этот беззвучный голос, я спасу и защищу тебя. А глаза такие зеленые, словно море. Доверься мне, говорят они, я не сделаю тебе ничего дурного. Взгляд этот пьянит больше, чем вино.

На глазах у Джулианы выступили слезы, она глубоко вздохнула. Не для того страдала она целых три года, чтобы довериться первому попавшемуся чужаку.

Словно опережая ее расспросы, мужчина поинтересовался:

— Где же ваши воины? Почему они вас не сопровождали?

— Что?

Джулиана развязала шнурки у горла и спустила с плеч еще одну домотканую накидку. Под ней обнаружилась грубая шерстяная куртка.

Мужчина потянул куртку за рукава, помог Джулиане избавиться и от этого облачения.

— Вы ведь ездили в деревню? — продолжал допытываться мужчина.