– И зачем тебе это надо только, – вздохнула девушка и посмотрела на меня как побитый щенок, выброшенный за порог.

– Будто сама не знаешь… Хочешь, значит, от меня услышать? – недобро усмехнулась она.

– Да про что же? – со злости я топнула ногой. – Говори скорее, а то останемся без оладушек!

Не знаю, что на Тарику подействовало сильнее – сам факт, что леди вышла из себя и даже ногой топнула, или упоминание об оладушках.

– Ладно, – она отвернулась. – Алиска сказала, что вчера рано утром из твоей комнаты выходил Вик. Мой Вик!

Я даже рот открыла от изумления и вытаращилась на нее. Да мне и в страшном сне такое не привиделось бы.

– Да-а-а… – я захлопнула наконец рот. – И ты ей поверила?!

Тарика вздрогнула и с робкой надеждой посмотрела на меня:

– Она соврала, да?

От возмущения я опять чуть дар речи не потеряла:

– Конечно, соврала! А вот ты, Тарика, меня просто удивила. Мы ведь подружки, а ты…

У меня комок стал в горле.

Я сглотнула:

– Ты бы хоть головой своей подумала,– я устало махнула рукой и отвернулась.

– Ты что, не знаешь, что Вик твой мне и даром не нужен?

Тарика прикусила губу и понурилась.

– Так с какого такого перепугу я бы его пустила в комнату?

– А то мне мало проблем со своей магией! Не хватало еще парней! – я не выдержала, повернулась и опять уставилась в побледневшую и закусившую губу Тарику.

Губы у меня задрожали.

Вот же Алиска… Такую гадость придумала. И зачем только? Ведь знает прекрасно, что Тарика влюбилась по уши в этого рыжего обалдуя.

Глава 4"

"Тарика стояла и молчала, а потом отвела взгляд. А я отвернулась и пошла вперед. От обиды слезы выступили у меня на глазах.

Как она такое вообще могла обо мне подумать? Подружка называется…

Я прикусила губу, и сжав кулаки, быстро выскочила на улицу.

На улице все также моросил дождик. Капли попадали мне на лицо и смешивались со слезами. Я вздохнула. Обида тисками сдавила сердце. Я повернула налево и проскочила дорожку в столовую. Нет, не пойду я туда, пока слезы не закончатся.

Пусть Тарика идет одна.

Я бездумно шла, время от времени поправляя сползающую с плеча сумку.

Дул холодный ветер, я ежилась под плащом, но упорно шла вперед. Значит, скоро опять пойдет снег.

Ветер остудил мои разгоряченные, залитые слезами щеки.

Обида еще не прошла, но на воздухе стало полегче.

И тут я вдруг вспомнила историю про лорда Бронского и ту девушку, Прияну.

Наверное, и он также переживал, когда про него стали распускать мерзкие слухи. Вряд ли ректор плакал, конечно. Все-таки мужчина и маг такой силы. Молча терпел и страдал от напраслины, а вида не показывал. Вот сейчас я почему-то была уверена, что все, о чем мне рассказала тогда Тарика, было неправдой.

Бедный ректор… Вот с кого мне нужно брать пример, а не плакать тут.