Нам осталось оформить усыновление, и тогда можно будет спокойно сделать операцию – ему кажется, что мальчик уже спокойнее воспринимает его общество.

– Все будет хорошо, Света. Я обещаю, что следующим летом Андрюшка уже будет гонять в футбол. А еще через год вообще обо всем забудет.

– Зачем ты признался на работе, что женился? Теперь пересудов не избежать.

На лицо Андрея на секунду возвращается улыбка.

– Ты удивишься. Но наверное потому, что чувствую тебя своей женой.

Удивляться больше не хочется, Андрей вновь сидит рядом, и я, повернувшись на бок, несильно пихаю его кулаком в бедро. В ответ на тоскливый взгляд черных глаз тоже не могу сдержать улыбку.

– Ох, Шибуев. Иди уже на кухню, муж, поешь что-нибудь! Зря я, что ли, готовила для тебя.

Через некоторое время он возвращается и снова склоняется надо мной, пробуя лоб.

– Светка, я сегодня останусь. Или здесь, или за дверью, но тебя не брошу. Твое самочувствие мне не нравится.

Я только отмахиваюсь. Андрей такой же упрямый, как я. А еще… не хочу сейчас оставаться одна.

– Оставайся, только помни о моем самочув-ствии, если вздумаешь забраться под одеяло. И о моей тяжелой руке.

* * *Он помнит и не уходит. Когда я просыпаюсь, Андрея уже нет в квартире, но подушка и одеяло рядом примяты, и я понимаю, почему так безмятежно спала.

Окно задернуто шторами, дверь прикрыта, и вокруг так тихо, что снова хочется сомкнуть глаза. Однако день начался, солнце давно взошло и пробивается тонкими лучиками из-за портьер на стены и пол. Я совершенно точно выспалась и чувствую себя хорошо.

Чувствую, пока лежу. Но стоит мне встать и дойти до ванной комнаты, как на лбу выступает испарина, желудок сжимается в узел, а рот наполняется обильной слюной…

Да что же это такое? Опять!

Ничего не прошло и не исчезло. Слабость снова здесь, и тошнота этим утром впервые заставляет меня вывернуться наизнанку.

Проходит целый час, прежде чем я спускаюсь к машине, нахожу в салоне «ниссана» забытый телефон и звоню на работу, чтобы взять выходной. Ничего не сообщая родителям, решаюсь узнать причину болезни и еду в известную в городе клинику, в которой лечится моя семья.

Я никогда особо не жаловалась на здоровье, не страдала отсутствием аппетита или сна, вот и сейчас мне нечего сказать врачу, листающему мою старую карточку – только сослаться на странную слабость, обморок и пульсацию в висках, которая не прекращается.

Меня осматривают, предлагают сдать анализы тут же, в лаборатории их клиники, и пока есть время – полтора часа на получение результата биохимии крови – отправляют на прием к гинекологу."

"Эта женщина знает меня, когда-то я была у нее частым гостем – после ссоры с Феликсом. Все надеялась на ошибочный диагноз и чудо современной медицины.