Неужели все это чувствовала Кристина после расставания с ним? Он проделал большой путь, отвлекая ее от мыслей о прошлом и помогая сфокусироваться на настоящем и их совместном будущем? Неужели он нашел ключик к разгадке? Ему невыносимо было думать, что он поступил с ней так же, как с ним поступила когда-то та женщина.

Пока он искал слова, чтобы выразить то, что творилось у него в душе, она опередила его:

— Ты тоже развлекался со мной?

— Ни в коем случае! — решительно отверг он ее предположение. Он наклонился, умоляя ее быть справедливой по отношению к нему. — Тогда в моей жизни больше никого не было, Кристина. Я не играл с тобой и не собирался затем, бросив тебя, жениться на другой. Я никогда не смотрел на наши отношения как на мимолетное развлечение, ни на мгновение, клянусь. Я был очарован тобой.

— Совсем ненадолго, — горько усмехнулась она. — Я хорошо понимаю женщину, которую ты заманил. Наверное, тогда ты был неподражаем. Но она подходила к вашим отношениям с холодным расчетом. Слишком молода… это твои слова, обращенные ко мне перед расставанием.

— Теперь ты стала старше…

Острая необходимость побыстрее закончить этот мучительный анализ прошлых ошибок заставила Ари подняться. Он взял Кристину за руки, помогая ее встать со стула, и, заключив в объятия, произнес, вложив в свои слова всю страсть, которая кипела у него внутри:

— Когда я был с тобой, мой рассудок молчал, Кристина. И видит Бог, я потерял голову, встретив тебя вновь. С тех пор желание обладать тобой сжигает меня. Забудь о прошлом, Кристина. Не думай больше ни о чем.

Ари не мог больше сдерживать свою страсть. Единственное, чего он хотел, — заставить Тину выкинуть из головы все мрачные мысли и снова ощутить, как ее тоже захватывает всепоглощающее желание обладать им. Он жадно целовал ее, дико впиваясь в ее губы. Он почувствовал волну сладостного возбуждения, когда Кристина отозвалась на его ласки, отвечая ему взаимной страстью.

Не было больше сомнений.

Не было прошлого.

Только поцелуи.

Только прикосновения.

Только взаимное желание обладать друг другом. Она прижималась к нему всем телом, что возбудило его еще сильнее. Они следовали своим инстинктам. Ему была нужна именно она, он жаждал ее, стремился полностью завладеть этой женщиной. Он поднял Тину на руки, прижал к груди и понес на кровать. Как только они оказались в постели, она развязала кимоно и широко раздвинула ноги, нетерпеливо призывая его проникнуть в него.

Ари сорвал с себя одежду, мешавшую ему лучше почувствовать ее. Ее готовность к спонтанной близости возбуждала его еще больше, он не мог оторваться от ее разгоряченного тела. Она обвила его ногами, упираясь пятками в его ягодицы в попытке поторопить его.