– Лично я жутко проголодался.

– Можно, – робко соглашаюсь я. – Правда Дане пора спать… Думаю, в тепле его разморит и он вырубится прямо в коляске.

– Это плохо?

– Нет. Совсем нет, – мотаю головой. – В этом ничего страшного.

– Тогда идем? – снова демонстрирует обворожительную улыбку.

– Да. Пошли.

Глава 34

В кафе очень уютно и красиво. В интерьере много дерева и повсюду развешены гирлянды, источающие мягкий свет. Это создает праздничное настроение, хотя Новый год уже минул.

Мы выбираем просторный столик у окна, подальше от прохода. Здесь удобные диванчики, и можно без проблем поставить коляску, никому не мешая.

Официантка приносит меню, и я первым делом заказываю куриный бульон для Дани. Судя по его осоловелым глазкам, ребенок скоро нырнет в сон. Ну еще бы! Столько впечатлений за день!

Чуть позже, ознакомившись с ассортиментом безумно аппетитных на вид блюд, мы с Александром тоже делаем заказ. Помимо прочего, я прошу принести мне какао. Чтоб вы понимали, в последние годы я пью исключительно кофе, но сегодня почему-то хочется насладиться давно забытым вкусом из детства.

– Отличный выбор, – подмечает Вавилов и, обращаясь к официантке, добавляет. – Мне тоже чашечку какао принесите.

Суп приносят довольно быстро, и я успеваю накормить сына перед тем, как он, перебравшись в коляску, засыпает. Тьфу-тьфу-тьфу, но в плане сна и питания Даня не доставляет мне никаких хлопот. Он крайне редко канючит и капризничает. Возможно, причина в том, что мы просто еще не добрались до так называемого кризиса трех лет, когда на любое предложение родителя малыш отвечает отказом. А может, у меня просто золотой сынишка. Знаю, звучит самонадеянно, но мечтать, как говорится, не вредно.

– Ты прекрасно справляешься с ролью мамы, Ангелина, – говорит Вавилов, который с большим интересом наблюдал за тем, как я кормлю и укладываю Даню.

– Правда? – отзываюсь смущенно. – Спасибо. Но я, если честно, делаю это все на автомате, без подключения сознания. Должно быть, материнство у женщин в крови.

– Не у всех, – качает головой.

– Эм… Ты говоришь о ком-то конкретном? – осторожно уточняю я.

– Ну… Например, о своей матери, – огорошивает Вавилов.

– У вас плохие отношения? – удивляюсь я.

– Нет, сейчас уже нет. Мы с братьями повзрослели, и отношения, так сказать, выровнялись. Но в детстве нам очень не хватало материнского тепла.

Он произносит это совершенно спокойно, без тоски и других негативных эмоций, но от услышанного у меня по спине все равно ползут колючие мурашки.

– Почему? Она была занята на работе? – данное предположение кажется мне наиболее вероятным.

– И это тоже. К тому же у каждого из нас была гувернантка, и мать свято верила, что это полностью закрывает наши потребности, – отвечает Александр.