Под прицелом пары десятков любопытных глаз направляюсь к прозрачной двери в конце коридора. Чем ближе подхожу, тем отчетливее слышу голос Алисы и музыку, доносящуюся изнутри.

За ребрами растекается бурлящее предвкушение. Даже ладони начинает покалывать. Целый день ждал этого момента, как пацан, честное слово.

Подойдя к двери, на несколько секунд впиваюсь в Алису взглядом. Наконец-то. Мне гораздо больше по душе, когда она в пределах моей доступности, а не когда приходится искать ее местонахождение.

Опираюсь на стену плечом и наблюдаю за тем, как малышка стоя впереди оравы детишек, вместе с ними танцует танец.

В обтягивающих черных лосинах и узкой майке, с завязанным на затылке хвостом. Сосредоточенная, внимательная, следит за каждым их действием в зеркале.

Нереальная девочка.

Грациозно взмахнув руками, делает рывок грудью и резко топает ногой. Девчонки одновременно с ней проделывают тоже самое.

Это красиво. В её исполнении. Не знаю сколько раз я уже пересмотрел видео с их странички в сети. Даже скачал парочку себе на телефон тех, где Алису лучше всего видно.

Она не замечает, но, когда танцует, так живо играет глазами, что у меня внутри все своей жизнью живет в ответ на её эти «игры».

И хоть к женским играм взглядами я привык давно, но проигрываю в этой игре только ей. При чем по собственному желанию.

Спортивная майка во время движений открывает полоску кожи и манящий пупок.

Ох, мля, возвожу глаза к потолку, пропуская по телу волну возбуждения.

Битеев, возьми себя в руки, ты на детской тренировке или в стрип-баре, в конце концов?!

— Так, на сегодня всё, котята, — развернувшись, хлопает в ладоши Алиса, заканчивая и мои мучения в том числе.

— Нет… да-а, — летит нестройно ей в ответ.

— Ну ничего, зато вы умнички! В субботу выступаем, все готовы?

— Да-а-а, — а это уже уверенным хором.

— Супер. Тогда до свиданья.

Орава из девчушек наваливается на неё и облепляет со всех сторон, как пчелы сладкую вату.

Алиса с теплой улыбкой обнимает всех и сразу.

Не замечаю, как мои губы плывут, глядя на эту картину. И я даже завидую этим детям, потому что их она не стопорит. К ним тянется и открыта для каждой беззубой улыбки.

Ко мне же хоть и тянется, а стоп кран свой не срывает.

Отчасти, я понимаю почему. И впервые за многолетнее общение с девушками жалею о том, что она была свидетельницей моих похождений.

Раньше меня это не волновало, а сейчас не хило так царапает.

Выбравшись из детских объятий, Алиса направляется к столу, берет рубашку и повязывает ее вокруг своих бедер.

Забрав сумку, шагает к двери, а вся ее орава следует за ней, как утята за мамой уткой.

Ухмыльнувшись, отступаю в угол коридора, чтобы меня не снесли.