Горячий пульсирующий сосок, что стал твёрдым и чувствительным. Он сжал его пальцами, пока целовал второй. А потом, оставив целое шоссе поцелуев на животе, засунул своё лицо между моих ног.

— О, боже! — выгнулась я ему на встречу. — Только не останавливайся! Чёрт!

В жизни не слышала таких звуков! Но как же мне нравилось! Как он чавкал, чмокал, хлюпал, словно ничего вкуснее в жизни не пробовал. Как ласкал и посасывал клитор. Как дерзко толчками вторгался вглубь меня его настойчивый язык. И как мягко, влажно и глубоко меня заглатывали его губы. Его потрясающие пухлые горячие сумасшедшие губы.

— Чёрт! — звезданулась я со всей силы головой в стекло. И ничего не хотела сейчас больше, чем, чтобы эта предоргазменная пытка уже закончилась. Или он дотрахает меня сейчас языком или… — Да!

Он сам избавился от брюк, спустив их до коленей.

Ну, здравствуй, господин Великолепный Член!

Входи, не стесняйся! Глубже!

О, да, господин Потрясающий Член!

Я знаю, ты здесь, чтобы довести меня до изнеможения. До исступления. До сумасшествия. Вгоняй! Вгоняй!!! Глубокими, резкими толчками вгоняя меня в долги перед природой за то, что создала тебя таким. За то, что острым концом влажной горячей головки ты проходишься по клитору, размазывая влагу, и я хриплю, изнемогая от желания. За то, что чувствую эту дрожь.

Мелкую вибрирующую всепоглощающую дрожь, когда одной рукой Камиль упёрся в стекло, а вторую просунул под мои ягодицы, и входил всё резче, всё быстрее, всё… Всё!

— А-а-а-а-ах-х-х!!! — прохрипела я.

Выгнулась и… полетела. Как пёрышко, что подхватило ветерком.

Лёгкая, гибкая, невесомая, я парила сейчас где-то над этой кухней, над домом, городом, над землёй. Нет, я и сама была сейчас как летящая в пространстве миров Земля. И судороги внутри меня, что сжимали его ещё напряжённый пенис казались землятрясением. Подземными толчками, что вызывают цунами, ураганы и сдвиги тектонических плит.

— Ты супер, маленькая! — подхватил он меня за шею, награждая благодарным поцелуем.

— Ты тоже, детка! — повисла я у него на шее, вдруг осознав, как мало нам понадобилось слов, но как много мы друг другу сказали."

"Что он весь мокрый. И у меня по груди стекает капля пота. А ещё, что у меня по ногам стекает его семя.

— Кто из вас трахнул меня в задницу? — стоя под тёплыми струями душа, смотрела я в его глаза. Да и стояла, покачиваясь, только благодаря его рукам.

— Умоляю, не спрашивай меня ни о чём, — прижался он губами к моему виску.

Но я отклонилась.

— Всё было настолько плохо?

Он покачал головой и закрыл глаза. Стёр воду с лица. Откинул рукой назад мокрые волосы. И прижал меня к себе.

— Не спрашивай! Я всё равно ничего тебе не скажу.

— Зачем же ты пришёл?

— Отвезти тебя кое-куда, — испепелял он меня тёмным взглядом.