Смотрю на хмурую морщинку между его бровями и начинаю понимать: моего бывшего-будущего мужа очень волнует вопрос: «А не досталась ли ему больная истинная?»

– Ты меня слышишь? Как часто…

«Первый и надеюсь, последний», – думаю я, но вслух говорю другое: – Очень часто, Ваша Светлость. Не думаю, что вам стоит связывать свою судьбу с настолько бесполезным и никчёмным существом.

Ну, разумеется, Рон не уловил сарказма. Не может же он помнить те слова, которых ещё не произнёс.

– Я покажу тебя лучшим целителям, – цедит он сквозь зубы. – А пока продержишься на моей магии.

Так вот откуда тёплая волна. Мне бы повернуться, чтобы сбросить его ладонь, но я всё ещё чувствую слабость во всём теле. А для того осуществления той задумки, которая начинает зарождаться в моей голове, силы понадобятся.

– Где я?

– В доме швеи, – мрачно отвечает Рон. – Но боюсь, сегодня не до нарядов.

«Отвлеклась на шмотки, др-рянь!»

– Госпожа Анита, – зовёт кого-то дракон, отвернувшись от меня.

Горько усмехаюсь. Пожалуй, бегать по портнихам за шмотками я в ближайшие пять лет не захочу. И Лина, моя Лина, тоже останется жива. При этом воспоминании я содрогаюсь.

Спокойно, Айви, всё теперь будет по-другому.

С чего вдруг разнылась? Ничего не случилось и не случится. На этот раз всё уже сейчас начинает отходить от того пути, по которому я когда-то прошла.

В том сегодня, которое случилось пять лет назад, я побежала за своим истинным, как послушная собачонка, очарованная его мужественной красотой, бархатным голосом, зелёными глазами, восхищённая перспективами блестящей жизни. Но тогда он не говорил мне, что обошёлся бы без брака и детей ещё лет пятьсот. Не говорил, потому что я ему не противоречила. О да! Я с восторгом смотрела в рот благородному дракону, не замечая пренебрежительного отношения к себе. Глупая влюблённая левретка. И покорная до тошноты.

Тогда я совершенно позабыла о своей мечте. Просто выбросила её на помойку. Хотела ведь поступить в Академию, но Рон сказал «нет», и та я послушалась. Согласилась на женское счастье в варианте, о котором с детства твердили в том болоте, где я выросла: муж, дети, благополучие.

Я точно хотела именно такую жизнь?

Арвен… Арвен – вот кто действительно был счастьем.

Сердце болезненно сжимается. Только не думать о потерянном ребёнке. Как-то принять, что он не у мерзкого мага в руках. А значит, всё к лучшему. Не вспоминать тёмные кудряшки, зелёные глаза, как у отца, голос, зовущий «Ма-а-ма». Как он… Стоп!

Он. Не. Родился.

И снова сжимается моё бедное сердце.

– Не переживайте, Ваша Светлость, я подберу фасоны и ткани такие, чтобы на подгонку ушло минимум магии, – звучит рядом негромкий голос, и я прикрываю глаза. – Я всё пришлю по тому адресу, который вы указали.

– Благодарю.

Слышу звон монет.