Я так привыкла быть маленькой и никому не нужной, «никчёмной», как когда-то назвал меня мой муж.

Пора уже забыть об этом. Такие мысли делают меня слабой. А я уже сейчас всё изменила в своей жизни. Но ещё больше предстоит. А для этого нельзя разнюниваться. У меня необычный дар. И, если я его разовью, я перестану быть пустым местом.

– Ты о чём задумалась? – с тревогой спрашивает Кира. – У тебя кончик носа покраснел, как будто ты собралась плакать.

– Нет, конечно же, нет, – отвечаю я с живостью. – Я сейчас настраиваюсь на работу. Мы ведь прямо сейчас начнём?

– Ну что ж… – Кира деловито оглядывает озеро и начинает сквозь заросли папоротника пробираться к подножию водопада.

А потом мне приходится всерьёз напрячься. Со льдом я ещё не сталкивалась. И здесь в жарких и влажных джунглях мне сложно представить себе что-то холодное.

Кира замораживает струи водопада, а я снова и снова пытаюсь настроиться на её магию.

С Огнём и Водой получилось как бы само собой, я не старалась. А тут я впервые пытаюсь осознанно освоить стихию, с которой никогда не имела дела.

Долго ничего не выходит.

– Ты просто расслабься, – советует Кира и добавляет одобрительно: – Вон та льдинка уже твоя.

– Скорее, наша, – пыхчу я, чувствуя, как лоб покрывается испариной.

Да, я уже ощущаю лёд, но сил уходит столько, что, кажется, тяжёлые камни ворочать легче.

И наконец одна из струй водопада превращается в тоненький твёрдый столбик, поблёскивающий в солнечных лучах. Он тут же рассыпается под напором воды на крохотные льдинки, но я уже знаю, что это целиком и полностью моя работа.

– Есть! – радостно восклицает Кира.

Огромная тень закрывает солнце. И в озёрной глади я вижу отражение зависшего над нами дракона.

*****

Мелкие камешки впиваются в спину. Холод пронизывает насквозь. Давящая тишина. Всё, что я слышу, – это ток крови в ушах и биение собственного сердца.

Открываю глаза и не вижу ничего. Совсем ничего. Меня окружает густая тьма.

Где я?

При попытке пошевелиться пугаюсь громкого шороха собственной одежды.

Подношу руку к глазам, пытаясь разглядеть собственные пальцы, – бесполезно.

Сердце ускоряет бег. Ещё немного, и меня захлестнёт волна паники. Вдох – выдох. Ещё раз… медленнее. Страх ещё никого не спасал. Успокоиться.

Сказать легко, сделать сложнее. Но через несколько дыхательных циклов у меня получается немного замедлить бешеный стук сердца. Грань тонкая. Я могу сорваться в любой момент.

Соберись, Айви. Ты сильная.

Выплывшее из глубины беспамятства собственное имя как откровение. Меня зовут Айви.

Следующая мысль: «Если я столько всего чувствую, значит я живая?»"

"Начинаю ощупывать пространство вокруг себя: камни, земля.