— Есть у вас пилка по металлу?

— Найдем, — почти даже весело отозвался тот, что повыше, и скрылся в одном из соседних гаражей.

Вернулся быстро.

— Держи, — протянул он мне пилу.

Я разобрал ее и оставил в руках только узкую ленточку полотна с мелкими зубчиками. Просунул ее в щель и стал пилить ригель. Металл его оказался относительно мягким. Так что дело бы и шло, но пилка постоянно за что-то цеплялась. Створки стискивали ее, пытаясь сломать. Минут через двадцать мучений (пилил я сам до конца, никому не доверил такую работу, а то еще полотно сломают), наконец, головка ригеля отвалилась — мы услышали глухой стук с той стороны двери, когда она шлепнулась на пол.

Я потянул воротину на себя. Солнце протиснулось в полумрак помещения следом за мной. Из глубины пахнуло прохладой, бензином и выхлопными газами. Странно… Газы-то здесь откуда? Давненько Гусев машину не заводил. Я замедлил движения, пытаясь вовремя понять, в чем подвох.

И быстро сообразил, что ошибся… На просвет через заднее стекло в машине, на переднем водительском сиденье, виднелся черный силуэт человека. Я махнул рукой своим и схватился за пистолет. Вахрамеев и Погодин тоже обнажили оружие.

— Держите его на прицеле! — скомандовал я. — Гражданским не входить! — зло бросил я понятым и «взломщику», которые, конечно, попытались протиснуть в гараж любопытные морды.

Сам я обошел машину и приблизился к водительской двери. Внутри сидел явно человек. Вот уже видна борода и непонятного цвета замызганный пиджак.

Человек сидит, уставившись перед собой, и не шевелится, но даже со спины он показался мне знакомым. Я резко распахнул дверь. За рулем, закатив глаза, сидел Кузьмич. Лицо уже покрылось мерзкой синевой. Трупные пятна сползли по шее и терялись за воротом «довоенного» пиджака.

— Твою мать! — я потянул его за рукав.

Его конечности застыли. Трупное окоченение еще не прошло. Значит, умер недавно.

Я обернулся и крикнул:"

"— Вызывайте судмеда! У нас труп…

* * *

— Предварительная причина смерти — отравление угарным газом, — я мерил свой кабинет шагами. — Что за хренотень у нас происходит, коллеги?

Я поднял взгляд на Погодина и Вахрамеева, но те лишь пожимали плечами.

— Буквально пару дней назад Кузьмич приходил доложиться про Гусева, а сегодня его уже нет в живых.

— Ну, так несчастный случай, — несмело предположил Федя. — Других телесняков нет. Все чисто. Следов борьбы тоже нет.

— И в машине бензин кончился, — подтвердил Вахрамеев. — Будто выработан весь. С включенным двигателем заснул, и кирдык рыбаку.

— А то, что гараж был заперт снаружи, вас не смущает?

— Ну, так это же не убийство, — не сдавался Погодин. — Запереть в гараже человека. Я так думаю — Гусев его запер, а он, наверное, ночью замерз, завел «Ниву», чтобы погреться, и угорел. Бывали такие случаи.