В тот день Алексей дожидался преподавателя за фанерной перегородкой, которая отделяла лаборантскую от аудитории, и периодически впадал в дрему: в голову ничего не лезло. Вдруг где-то за спиной открылась дверь и послышались голоса:

— …Ну что поделаешь, Глеб Петрович! — сетовал новый декан. — Потому-то они и спортсмены, раз мозгов нет. А Радченко к тому же мастер спорта. Даже я ходил смотреть его игру!

— И я ходил, — согласился второй невидимый собеседник. — Вы поймите: я студентов насквозь вижу! Кому-то действительно не дано прыгнуть выше головы, и таким я не задумываясь ставлю зачет! Да и на экзамене тройку подарю. Но Радченко с Кушнеровым — не из тех. Я ведь видел, как они играют: все комбинации продуманы, движения соперников наперед просчитаны. И если Кушнеров просто лентяй, лодырь, то Радченко словно в спячку впал. Парень-умница, потенциал — огромнейший! Не поверите, иногда мне хочется схватить его за плечи и так встряхнуть как следует!

— Ха-ха-ха! А вот этого не советую: он же под два метра ростом!.. — расхохотался Кравцов и в сердцах добавил: — Балбес он с одной извилиной! Если бы не честь факультета, я бы всех этих спортсменов давно выгнал: не хотят учиться — не надо! Не тратьте вы на них время, у вас через год защита докторской!

— Возможно, вы и правы, — тяжело вздохнул Глеб Петрович. — Вот видите — назначил время, однако аудитория пуста… Кстати, я недавно читал в журнале вашу статью… Вы могли бы рассказать подробнее о теме, над которой работаете?

— С превеликим удовольствием! — согласился Петр Викторович и предложил: — Только давайте пройдем в мой кабинет. Должность декана требует находиться поближе к рабочему месту: как-никак самый многочисленный факультет."

"Скрипнула дверь, и в аудитории все стихло. Красный как рак Алексей крепко сжал кулаки: так вот кто он для них — балбес с одной извилиной. От обиды перехватило дыхание, в душе закипела злость. Он быстро собрал вещи и покинул лаборантскую. Отыскав в общежитии отличника, который делал расчеты, Радченко силой втянул его в свою комнату и заставил до поздней ночи объяснять формулу за формулой. И так три вечера подряд. Бедный отличник! Такое наказание не могло привидеться ему и в страшном сне!

Тридцатого декабря Алексей зашел в аудиторию последним из неуспевающих студентов (Артем получил свой трояк днем раньше и был безумно счастлив).

— Радченко? — устало уточнил Глеб Петрович. — Ну где вы ходите? Я, что ли, должен вас искать? Давайте зачетку.

Алексей протянул зачетку, Худяев быстро нашел нужную страницу и, не удержавшись, воскликнул:

— Надо же! «Молоток» ваш декан! Даже по архитектурному проектированию — четверка! Ну что тут поделаешь… — развел он руками и размашисто черканул «удовл.».