— Но к угнанному автомобилю ни ты, ни твои люди не имели никакого отношения. За что же такой подарок? Оплата за сына? Но он не продается, запомни! Даже если называет тебя папой!

Лицо Сергея вытянулось, в одну минуту все его тайные мечты рухнули…

— Зачем ты так? — Алексей посмотрел на букет цветов в руке и положил их на капот. — А ведь накануне я специально перечитал статью в одном женском журнале: «Тамара Крапивина и ее площадь Согласия»… С днем рождения… Володя, поехали! — бросил он дожидавшемуся у «БМВ» Чернову.

— Отец!.. — виноватым голосом попробовал остановить его Сергей.

В тот вечер он так и не вышел к гостям…

Больше Алексей Тамаре не звонил и не приезжал, а она, как и много лет назад, почему-то все сильнее мучилась угрызениями совести, что была к нему несправедлива…

И тогда ей на помощь пришло давно проверенное средство — работа. Семенович давно уладил инцидент с атомной станцией, зависшие было деньги вернулись на счет с неплохой прибылью, дела продвигались. Новый офис, новые звонки, новые-старые заказчики, выгодные контракты и обязательства — все это поднимало настроение, отвлекало от личных переживаний, но… Чего-то уже не хватало в этой новой жизни, и особенно по вечерам.

Однажды к Тамаре на ночь глядя нагрянула в гости Полуцкая.

— Мать! — прокричала Ирка в переговорное устройство у калитки. — Отворяй ворота, я с Чарой.

Выйдя ей навстречу, Тамара замерла: на руках улыбающейся подруги тихо поскуливал белый комок.

— Кто это?!

— Лабрадор. Держи!

— Мне?! Что я с ним буду делать? — испугалась хозяйка, осторожно принимая подарок. — У меня отродясь живности не было.

— Теперь будет! Не выбрасывать же его на улицу? Здесь, — показала Ира на целлофановый пакет, — еда на первое время и телефон для консультаций. Зато теперь ты не одна, у тебя — маленькое живое существо, требующее твоей ласки, заботы и внимания.

— А вдруг Молчанова кошку привезет, как грозилась? Что я с ними делать буду?

— Воспитывать, — последовал логичный ответ.

Тамара только вздохнула. Ирка с Наташкой частенько умудрялись внести сумятицу в размеренный ход ее жизни. Пока возились со щенком, стемнело. Уложив беспокойного малыша спать, подруги вышли на крыльцо.

— Хорошо-то у тебя как! — раскинув руки, Ирка закрыла глаза и вытянулась во весь свой небольшой рост. — Тишина такая, что в ушах звенит! И все-таки философия загородной жизни не для меня, — неожиданно заключила она. — Я без города не смогу.

— Почему? — Тамара присела на нагретую за день солнцем ступеньку. — Неужели тебе никогда не хотелось жить в частном доме?

— Может, когда-нибудь и хотелось… В доме хозяин нужен, а у меня на эту роль даже кандидатуры пока нет. А раз нет хозяина — нет дома.

— Но ведь я обхожусь без хозяина.