Он улыбнулся на прощание, легко перебросил сумку на другое плечо и скрылся в узком переулке. Только когда он ушел, я поняла, что он не стал целовать меня на прощание. Может быть, отложил до следующей встречи."

"Нужно вернуться в кафе. Я стояла под дождем, слушая, как шелестят по бетону капли. В дверях снова появился официант, и я пошла обратно. Уже в зале поняла, чего испугался парнишка. Вокруг моего столика толкалась охрана. Из коридора я вовремя вышла — двое собирались проверить туалеты.

Антон в черном строгом костюме больше напоминал профессионального телохранителя, чем бандита и «правую руку» моего мужа.

— В чем дело? — прохладно спросила я, хотя сердце чуть не выпрыгнуло из груди.

Андрея не должны схватить — вовремя ушел.

— Где вы были? — Антон обернулся, взгляд скользнул по красному платью. Он заметил темные крапинки от дождя на подоле, но ничего не добавил.

— Мне нельзя выйти в туалет? — я села за столик, сдвинув тюльпаны в сторону, и взяла стакан остывшего латте. — Может, хватит шпионить? Мы в разводе. Передайте Эмилю, что он переходит границы.

— Прошу прощения, — Антон кивнул своим, мол, на выход. Охрана вышла, прихватив с собой тюльпаны.

Антон уходил последним.

— Зайдите ко мне вечером, — тихо попросила я, и он кивнул.

Допивать кофе не хотелось. Я вернулась домой, переоделась и расчесала щеткой намокшие волосы. Сидела на кровати и смотрела в пасмурное окно.

После встречи с Андреем стало легче. Желтые тюльпаны вынули меня из кокона, в который я угодила после развода. А еще он сказал, что женщин, которых закрывали собой, не бросают.

Эмиль столько отдал за меня, включая свою жизнь, что внезапный развод вызвал вопросы. Как ты, Эмиль? С тобой все хорошо? Тебе больно? Что с тобой творится, что тебя прозвали Зверем?

Вопросы, вопросы. Ни одного ответа. У меня странное сердце, чувства неправильные. Но, боюсь, я никого не смогу полюбить, как мужа. Когда я остыну, а это уже начало происходить, я вообще не захочу любить.

Я заглянула в шкаф, готовясь на вечер. Вытащила новое платье, взглядом зацепившись за сорочки Эмиля в глубине шкафа. Его вещи все еще здесь. Хотела выбросить — рука не поднялась.

В его одежде я спала, когда становилось плохо. Меня беспокоили кошмары. Снилось, что я стреляю в Илью, а он не умирает и хрипит, пялясь на меня красными глазами, пока мужчины душат его. Я просыпалась в панике, в холодном поту, и прятала нос в манжету сорочки, крутилась, и снова засыпала, радуясь, что у меня остались вещи, которые хоть чуть-чуть пахнут мужем…

Мне трудно без него. Тяжело. Не буду скрывать.

Проблема в том, что рядом с ним не легче.

Антон позвонил ближе к вечеру: согласился встретиться после работы и заехать около семи. Я оделась и вышла заранее.