Разгоняла бы на кухне дым сигарет, смотрела на изрезанное шрамами тело, прислушивалась к невнятным из-за паралича словам, когда Андрей выпьет. Купалась бы в ласке одинокого мужчины.

Но, к его несчастью, я полюбила Эмиля.

— Ты меня прощаешь?

Почему он так сказал — исповедаться? Я неосознанно погладила затылок Андрея, легко касаясь волос. Искала в глазах ответ. В ближайшие дни все решится, не перед смертью ли он решил облегчить душу?

— Почему ты просишь прощения сейчас?

Андрей молчал, но я и так догадалась. Я его тронула. Прежде чем рискнуть всем, он решил сказать самое важное, что долго грызло.

Я привстала на цыпочки и поцеловала в губы — невинно, как друга.

— Конечно, прощаю.

Глава 43

Ему было приятно.

Андрей поднес руку к затылку, и я испугалась — сама напросилась. Но вместо губ он наклонился к шее, целуя манящую ложбинку. Я закрылась плечом, но он легко преодолел сопротивление.

— Андрей… — неуверенно возразила я.

Он подхватил меня и посадил на стол. Встал между раздвинутыми коленями, глядя в глаза — мы были вровень. От неожиданности я обняла голые плечи. Не такие широкие, как у мужа, и шероховатые от шрамов.

Андрей мягко уткнулся лбом мне в висок и прижал к себе. Легкими поцелуями он начал покрывать лицо, целовал волосы. Изнемогал, и не только от страсти. Качнулся вперед, открытый рот оказался напротив уха.

— Ну чего ты боишься, — щекоча дыханием, сказал он.

Он так крепко обнял меня, что наши животы прижались друг к другу. Понимаю, чего он хочет… Да, обещала. Раздразнила его. Но моего мужа сейчас подвергают пыткам.

Я уперлась ему в плечи дрожащими, нервными руками. Запрокинула голову, чтобы он не видел слезы на глазах. А еще хотела уйти от поцелуя.

Как только я открыла шею, он ртом накрыл истерично бьющуюся жилку. В горячем влажном рту я ощутила собственный пульс. Подол платья задрался, и внутренней стороной бедра я ощутила, как сильно изголодался Андрей.

— Прости… Я не смогу сдержать обещание.

От шеи Андрей оторвался как хищник, которого потревожили за обедом. Я горячо дышала, глядя в глаза. Следы от поцелуев горели, волосы спутались.

— Это справедливо, — после молчания сказал он.

У меня екнуло сердце.

Его часть сделки — жизнь Эмиля, а за нее сейчас никто отвечать не возьмется.

— Скоро я пойду туда, — продолжил он. — Я выманил его и не упущу свой шанс. Сделаю все, что смогу. Но я не могу гарантировать, что Эмиль останется жив, что я останусь… Сама реши, чего хочешь. Я заставлять не стану.

— Спасибо.

Я медленно вернула руки Андрею на шею. Больше всего я боялась, что он отчается. Что ему помешало бы выстрелить в Эмиля вторым номером? Слова сняли камень с души.