Вот!

Смеётся и тянет за собой брата строить песочный замок. Я знаю, что это лишь уловка. Пока Давид будет копаться в песке, Карина будет постоянно в воде. Знаю, но не спорю.

Потому что мой муж выглядит слишком обеспокоенным.

— Дядя, значит, да? — практически рычит, упираюсь коленом в шезлонг. — Ничего не хочешь мне рассказать?

— Это мужчина с моей больницы, ничего особенного. Поблагодарил за помощь, я спросила, как он себя чувствует. Нет повода для беспокойства, он всего лишь пациент.

— Я тоже им был.

— Ага.

Прикасаюсь ладонью к его лицу, провожу по легкой щетине. Не могу удержать в себе улыбку, тянусь за поцелуем. Нахожу теплые сухие губы и чувствую, словно тону.

— Играешь с огнем, золотко, — выдыхает, обжигая своим дыханием. А после притягивает к себе, крепко сжимая в объятиях. — Не страшно?

— Да ни капли. Ты не такой и страшный волк.

Подмигиваю и поднимаюсь на ноги. Разгоряченный песок жжет ступни, пока я спешу к детям. Падаю рядом с ними, помогаю выстроить ещё одну башенку. Всё что угодно, лишь бы сбежать от рычащего мужчины.

Только Ян не отстает, присоединяется к нам. Карина закатывает глаза, ведь больше сбежать в воду не получится. Но быстро включается в новую игру, рассказывает что-то брату.

А мы с мужчиной смотрим друг на друга.

Мне часто сняться кошмары о той ночи.

Единственной ночи, которая перевернула всё, поставила точку.

Только в кошмарах я всегда одна, потерянная в темноте. А в реальности оказалась в любимых объятиях быстрее, чем успела испугаться. Слышала его дыхание, пыталась бороться с собой.

А всё рухнуло в пропасть, когда я узнала, что Ян не выстрелил в моего отца. Пустил пулю в полоток, был вне себя от злости, но не перешел финальную черту.

Выбрал меня.

А я его, пусть и стала Волковой спустя несколько лет, не желая разбираться с бумажной волокитой до конца университета. А мужчине нужно было уладить свои дела.

* * *— Я не понимаю, — призналась спустя несколько недель после того кошмара, когда мы окончательно обосновались на квартире и всё было спокойно. Безопасно, как обещал Ян и его знакомые. — Как ты мог не понять, что Вера жива? То есть… Похороны, опознание…

— Девушка, которую я похоронил, была довольно похожа. Или мне так казалось, — мужчина просто пожал плечам, усаживаясь рядом со мной на диван. — Я был не в себе, потерял всю семью и смысл жизни.

— Ясно.

— Сонь…

— Нет, я сама спросила. Просто что-то не сходилось и… Не обращай внимания.

— Со-ня.

Ян утянул меня обратно, не позволяя сбежать в спальню. Я не хочу жить с призраком бывшей (не)мертвой жены. И постоянно искать доказательства любви мужчины тоже не хочу. Но второе — это только мои проблемы.

А вот первое…"

"— Я не говорю о чувствах, — припечатал, сжимая мой подбородок пальцами. — И не смогу это делать, даже если тебе очень нужно.