Так что, похуй — пляшем, подруга, — присоединилась я к Оле.

Вскинула руки, закрыла глаза, глубоко вдохнула и плавно выпустила воздух из легких, просто позволив музыке нести меня и моё тело по своим волнам. Никакой скованности я уже не чувствовала. Не мялась и не жалась, как те молоденькие девочки, которым на вид едва ли исполнилось двадцать лет. Мне уже тридцать, и с годами я поняла, что всем глубоко на тебя плевать — делай, что хочешь, а тем более двигай задницей в такт музыке, как тебе будет угодно. Ты не являешься центром ничьего внимания, каждый зациклен на себе и срать хотел на твои заморочки относительно окружности бёдер, сисек и того, как ты ими двигаешь. Максимум, что может оказаться неприятным, — это подкат какой-нибудь смазливой обезьяны, чьи лапы я сейчас, кажется, ощутила на собственном теле.

— Охуенно двигаешься! — прилетел мне в ухо восхищенный вопль какого-то смазливого малолетнего упыря. Похоже, хрень, вылетевшая из его воняющего дерьмом рта должна считаться комплиментом.

— Лапы свои убери! — резко крутанулась в его руках и толкнула тощего выродка в грудь. Я была пьяна, но не настолько, чтобы вестись на подобного рода дерьмовые подкаты от малолетки, который только вчера школу закончил.

Ощутив мой отпор, парень пошатнулся на месте, но, похоже, не принял мой отказ всерьёз. Этого чертового маленького извращенца, кажется, только раззадорил тот факт, что его отвергла дама, о задницу которой он только что потёр свой маленький, но гордо стоящий член под тканью джинсов.

— Да ладно тебе, малышка, — ухмыльнулся этот тип, понимая, что из-за вспышки моего гнева мы стали центром всеобщего внимания. — Мы же просто танцуем.

— Уроки иди делай, малыш. И не мешай взрослым тётям отдыхать. Нос еще не дорос, а член тем более, — указала я многозначительным взглядом на то, что гордо зовётся стояком.

Сзади меня встали подруги, которые не спешили вступать в конфликт, из которого меня не мешало бы вывести, пока я не натворила глупостей.

— За языком следи, курица! — вспылил парень и, вероятно, гонимый своим уязвленным на глазах у любопытной толпы самолюбием, решил во всей красе показать какой он крутой бой, раз может себе с легкостью позволить применить к женщине силу.

— Это ты зря, говнюк, — прошелестела я нарочито нежно.

В следующее мгновение мои ногти почти воткнулись к глотку парню. Резко. Как гребаная молния. Я знала, что ему нельзя давать время на то, чтобы одуматься, прийти в себя и оценить ситуацию, поэтому сразу влепила ему коленом между ног и с удовлетворением наблюдала за тем, как тощий сопляк оседал на пол, корчась от боли.

— Варя, пойдем отсюда, — потащила меня за руку Оксана, которая боялась любых конфликтом, а от драк, вообще, впадала в панику.