– Я тоже думала, что он хороший, – девушка сунула руку в сумку и протянула мне бежевый носовой платок. – Рубашку испачкаешь кровью.

– Спасибо, – я зажал рану, присматриваясь к грустному лицу девушки.

– Видела по пути Солсбери всю в слезах и драном платье…

– Я… сорвался, – признался, прикрыв в смятении глаза.

– Как-то всё запуталось, – хмыкнула она.

– И не говори.

Поблагодарив Эйлу за вмешательство, я отправился к себе, чтобы заживить рассечение и связаться с отцом. Дело приняло серьёзный оборот, пора было признаваться. Тесса права, я поступил эгоистично и ужасно, в итоге пострадало слишком много лиц: и она сама, и Эллиот, и Эйла. Отец выслушал меня с мрачным выражением на лице, уточнил дату применения артефакта и пообещал постараться разобраться без шума. Я же ощущал невероятный стыд, пока рассказывал ему о своём злодеянии. Меня разрывала изнутри безысходность. Заклинание действовало, я не ощущал физической боли, но до сих пор чувствовал жар пощёчины Тессы и слышал её злые слова. Только не в моих правилах было сдаваться, потому я отправился к ней.

«Больше никогда не смей ко мне приближаться, Дигби», – звучало в мыслях её предупреждение, пока я понуро ждал у двери комнаты Тессарии и Винни.

Никто не открывал, изнутри не слышалось ни звука.

– Она ушла, – донёсся до меня тихий голос Эйлы.

Девушка только вошла в коридор и двинулась в мою сторону. Глаза её блестели от непролитых слёз.

– Куда ушла? – оживился я.

– На бал, с Эллиотом, – дрогнувшим голосом сообщила она, останавливаясь у двери одной из комнат, и потянула ручку на себя. – Они такие счастливые вместе. А я трусиха, даже не смогла войти в зал, когда их увидела.

Она открыла дверь, почти скрылась из вида.

– Подожди! Эйла! – позвал её, быстро подбегая к выглянувшей наружу девушке. – Собираешься сидеть в комнате и реветь?

– Я не могу туда пойти, Дигби, – прошептала она, опустив взгляд.

– Ты такая красивая, наверняка убила уйму времени на свой образ.

– И денег, – шмыгнула она носом, расстроенно дёрнув юбку своего платья.

– Пошли вместе. Я помогу тебе войти в зал.

– Ты и… я? – она недоверчиво присмотрелась к моему решительному лицу.

– Ты и я, – подтвердил.

Я заварил эту кашу, мне и справляться с последствиями.

***

Эйла относительно успокоилась, мы вместе отправились на бал. Сияющие магические огни парили над дорожками, указывая путь к актовому залу здания академии. Многочисленные парочки и группы адептов брели на бал в счастливом предвкушении, когда я по-прежнему тонул в ощущении беспомощности и стыда, а Эйла пребывала в лёгком шоке от внезапного поворота этого вечера.