Они похитили Оливию, спрятали её у орков и пытались шантажировать Джейка. На момент похищения мама была уже беременна мной, на девятом месяце. Отец отправился её выручать. Дело касалось соседней страны, и король не стал выделять своему главному министру армию, чтобы тот вызволил жену из плена. Иначе дело закончилось бы грандиозной войной. На одной чаше весов жизнь одного человека, на другой — тысячи и даже миллионы жизней.

— Да уж… — сочувственно вздохнула я.

— Так что с Джейком отправился лишь небольшой отряд, — продолжил рассказ Айситар. — Орки быстро его разбили, отец погиб. А мама умерла во время родов. Если бы она рожала здесь, в Эльнарии, то маги-целители спасли бы её. Повитуха-орчиха не справилась. Я чудом выжил. Повитуха чувствовала вину перед эльфийкой, так что не стала убивать малыша, как ей приказали. Она попыталась забрать меня к себе, но вокруг маленького эльфёнка возникало слишком много вопросов. Так что полгода спустя она пробралась в Эльнарию и подкинула меня к дверям приюта.

— А как она сейчас — жива? — тихо спросила я.

— Нет, скончалась двести пятьдесят лет назад от марнийской горячки, — пояснил Айс.

— Значит, тебе удалось всё это выяснить и вернуть титул, который принадлежал тебе по праву? — подвела я итог.

— Верно. Вступил в права наследования. Был Айситаром Безродным, а стал герцогом Леранэлем, — объяснил он.

— А что с кузеном короля и его приспешниками? Они были наказаны? — я внимательно посмотрела на Айса.

По его лицу расплылась холодная улыбка:

— Они получили, что заслужили.

В голове вертелась ещё куча вопросов, но озвучить их я не успела: мои губы накрыли нежным ласковым поцелуем.

Глава 22. Лилиэль

Лера

Раньше мне казалось, что моя сверхспособность — патологическая невезучесть, но в тот момент, как Айс поцеловал меня в саду, я поняла, что на самом деле нереальный везунчик. Поверить не могу, что мне в мужья достался такой шикарный мужчина!

Этот поцелуй был таким сладким, манящим, нежным и жадным одновременно, что внутри всё плавилось счастливой тающей зефиркой.

Всем своим существом я чувствовала исходящую от этого эльфа силу, уверенность и решительность. А ещё — флюиды обожания, которыми он окутывал меня, как мягким невидимым пледом.

Где-то в глубине души зародилось осознание, что я доверяю ему — полностью и безоговорочно. Хотелось раствориться в нём, стать одним целым.

Он — моя истинная пара. Значит, не бросит, не предаст, ведь так?"

"— Хочешь ещё потанцевать? — хрипло спросил он, с трудом от меня отстраняясь.

По рваному дыханию и расширившимся зрачкам, в которых искрились огненные сполохи, я видела, что этот поцелуй завёл его не меньше, чем меня.

— У тебя глаза светятся… — тихо сказала я, глядя на мужа как заворожённая.