– Есть даже племя арабов, которые рассказывают, что их сам Иисус крестил.

– И что, им верят? – удивился парень.

– Верят, – спокойно кивнул Ахмет-хан. – Чтоб ты знал, Иисус тут тоже святой. Его арабы пророком Иссой называют. Так что, видать, поверили, раз до сих пор не заставили ислам принять и не вырезали. С этим тут просто.

– Ну, с другой стороны, места эти древние, считай, библейские, может, потому и верят, – задумчиво протянул Матвей, вытряхивая из чуба очередную порцию песка.

– Это верно, – вздохнув, так же задумчиво согласился толмач. – Земля эта древняя.

Много чего помнит.

Развернувшись, он отправился по своим делам, а Матвей, убедившись, что сегодня никто никуда ехать не собирается, отправился искать хоть какое-то топливо для костра. Пить сырую воду он больше не собирался. Его десяток, разобравшись с лошадьми, последовал за своим командиром. Часа через полтора, с руганью и нервными смешками, они собрали немного всякого топлива и, выложив из камней подобие очага, развели чахлый костерок.

Первым делом над огнём повесили несколько котелков с водой. Нужна была чистая вода для питья.

Ураган унёс и засыпал почти всё, что можно было использовать для костра, но помогли камни за пределами оазиса. Сорванные ветви цеплялись за них, застревали в расселинах, так что хоть какое-то топливо собрать получилось. Остальные находившиеся в оазисе занимались тем же самым. И персы, и казаки понимали, что без воды долго не протянуть, а уехать отсюда быстро не получится.

Ураган крепко напугал коней, а песок поранил почти всех животных. Так что требовалась хотя бы пара дней, чтобы лошади могли двигаться дальше без ущерба для здоровья.

Убедившись, что всё вроде начинает устаканиваться, Матвей занялся оружием, напомнив казакам, что весь огнестрел требуется как следует вычистить. Понимая, что он прав и от оружия зависят их жизни, бойцы тут же занялись этим весьма полезным делом.

Спустя два часа, перекусив сухим пайком и напившись чаю, казаки принялись устраиваться на ночлег. Перед дорогой нужно было отдохнуть. После налетевшего урагана нервы у всех ещё немного звенели. Ураган в степи и ураган в пустыне, как выяснилось, это две большие разницы.

Если в степи ветер мог просто сбить с ног или крепко запорошить глаза, то тут, из-за огромного количества несущегося песка, всё может закончиться смертью.

Ещё раз осмотрев Буяна, Матвей улёгся на раскатанную кошму и, накрывшись пахнущей пылью буркой, уставился в усыпанное звёздами небо. Уже к ночи вокруг ничего не напоминало, что недавно здесь бушевала стихия. Это можно было понять только по оголённым стволам деревьев. А так в местном пейзаже почти ничего не изменилось.