Его любой гвардеец называет «Рюриком», без каких-либо титулов. Да и не только гвардейцы. Пехотинцы тоже ему не кланяются, даже на колено не припадают. Но воины они отличные.

— Я специально обратила внимание на швы их одежды. Человеческие руки такое сделать не могут. Спросила у княгини, она сказала, что так шьет у них специальная машина. Это уже за гранью: она обметывает очень ровно все швы!

— Что мне очень не понравилось, у князя это проскальзывает: он на нас смотрит, как на дикарей. Особенно, когда он в своей форме, а не в цивильном. Форма, действительно, очень рациональная. И никаких излишеств. Сама она пятнистая, без какого-либо рисунка, разноцветная. А поверх этого у пехоты надеты костюмы белого цвета, чтобы сливаться со снегом. В этом что-то есть, но так войны не ведутся. Он, правда, смеялся на эту тему, что слышал это уже, когда разгромил испанцев.

— Ладно, что мы все о них, да о них! Что они говорят: когда нас отпустят?

— Насколько я понял, тебя никто не задерживал, как и Оксеншерна. Мне было сказано, что меня отпустят тогда, когда будет подписан и утвержден мирный договор. Вот карта:

— Ничего себе, у него и аппетиты!

— Ты понимаешь, эти границы установлены давно, на все есть старинный документ, подписанный еще до объявления Северного Крестового похода. Непосредственно от нас отнимают только Аландские острова.

— А Западная Лапландия?

— Граница там нами перенесена на левый приток Торне, о котором нет ни одного слова в Ореховском договоре. От истока Торне князь провел прямую линию и показал, что она выходит к острову Грютёйя, который позволяет контролировать выходы из двух проливов, соединяющие фьорды Анд и Год с Офот-фьордом, в котором расположен самый северный норвежский город Нарвик. Севернее ни одного города у норвежцев нет, несколько небольших селений, от двух до десяти домов. Остальное население: лопари. Максимальная ширина этого клина — 22,5 лье. Населенных пунктов в этом месте у нас нет. Опять-таки, там живут лопари, они даже не христиане."

"— Мне, конечно, дорогой, все это не сильно нравится, но не из-за того, что что-то теряем, а из-за возможной критики со стороны Риксрода! Хотя! Маргарита успела показать мне ткани, которые выпускаются их фабрикой. У меня просто слов не было! Там больше косой сажени ширины. Ты обратил внимание на ее платье? У нее модест, верхняя юбка, не имеет швов, только выточки! Мне, чтобы иметь подобное, требуется приказать сшить вместе минимум шесть клиньев! Да еще вручную, неровным швом! После этого на меня все будут смотреть, как на дикарку! Это надо закупать!

— Мне бы твои заботы, дорогая! Но ты — права, и прав князь Андре, ему, действительно, эта война не нужна. С его-то деньжищами! Для него — это расходы, но для нас война — доходное и прибыльное дело.