— Ну что смотришь? — не выдержала я.

— Как ты могла? — спросил он с горечью в голосе. — Ты же не нужна ему.

Устало прикрыла глаза. Ну какое ему дело до этого?!

— А вот смогла, — распахнула глаза и ответила я. — Тебя это никак не касается.

Ещё несколько секунд он смотрел на меня, а я просто уже больше не могла выносить этот взгляд с презрением. Я ему ничего не обещала, ничего не должна.

— Дай пройти, — врезалась в плечо Дениса, попытавшись двинуться дальше.

— Ты не нужна ему, Соня. Он все равно уедет. Ты просто потратила себя зря.

— Это мое дело.

— А я бы тебя любил.

Ничего не хочу слушать. Ничего не хочу отвечать. Внутри просто пусто. За что он добивает меня? Специально выбрал именно эту фразу. Я ведь не обманывала его никогда, ничего плохого не сделала…

Денис насладился триумфом моего падения в его понимании и отошёл, наконец, в сторону.

Прошла мимо и зашла в свой номер.

Закрыла дверь. Задёрнула занавеску. Выключила свет.

Только боль не выключить.

Она на повторе.

«Не нужна… Не нужна… Не нужна…»

Моя зацикленность.

* * *Эта ночь прошла тяжело. Я плакала и плакала, никак не могла себя остановить.

Умом понимала, что так все и должно быть, и что мне ничего не обещали, а все равно больно. Слова Дениса добили меня окончательно.

А что если Зайцев прав, и тренер просто воспользовался мной, раз я сама пришла, и при этом снял с себя все обязательства, сразу определив наши границы? Нет, не так. Не наши границы, а границы для меня.

Я была уверена, что поступаю верно, и что мне не станет хуже — я ошиблась. Стало. Проведённая ночь всего за несколько часов словно запечатлела меня с Камилем. Меня с Камилем, но не его со мной.

Он ещё не уехал, а я уже болела, зная, что он сейчас здесь, нас разделяют лишь две стены — комнаты и ванны, но я не могу подойти, не могу коснуться или прижаться к нему.

Мы стали ближе, но в то же время между нами словно выросла ещё более крепкая стена. Это мучило меня, очень. Как и любая нормальная девушка, я хотела услышать какие-то ласковые слова в свой адрес после первой в своей жизни ночи любви, но он просто одел меня и отправил к себе, словно я действительно больше неинтересна, слово я, как сказал Денис, ему не нужна.

Я не понимаю, КАК я с этим спралюсь, как переживу? Одно только приносило сомнительное, но все же, облегчение — после сегодняшней ночи я вернусь в квартиру Замореновой, а не к маме.

Иначе она бы все поняла, и расспросов, которые поездом бы ездили туда-сюда по моему сердцу, было бы не избежать. Мама бы, конечно, все поняла — она уже не раз доказала, что настоящий друг, но я не готова об этом говорить. Ни с кем. Только не сейчас. Сначала мне самой нужно это все принять.

Я стала женщиной."

"Я больше не невинная.

Я отдала свою невинность мужчине, которого люблю.