— Хорошо, — Оливер натянул на руки коричневые кожаные перчатки и швырнул окурок сигары в окно. — Как бы мне ни нравилось рассказывать о той ночи, когда Ромео разрушил свою жизнь, мне нужно посмотреть на лошадей и развратить женщин.

Зак вздернул темную бровь.

— Любая женщина, которая настолько глупа, чтобы оказаться под твоим началом, уже полностью запятнана.

Оливер вздохнул.

— Это правда.

Нос Зака сморщился.

— Тебе не скучно?

В то время как Оливер любил всех женщин, Зак не мог найти ни одной, которая соответствовала бы его неразумным идеалам. На самом деле миссис Сан устраивала еженедельные свидания с наследницами ABC компаний, занимающихся судоходством, добычей меди и программным обеспечением.

Его любимым занятием было отвергать их на абсурдных основаниях, таких как слишком красивые, слишком умные, слишком богатые, слишком благотворительные, и мой личный фаворит, слишком похожие на него."

"— Я перестану гоняться за хвостом, когда умру, — Оливер поднялся на ноги, сунув бумажник и телефон в гладкую кожаную курьерскую сумку. Он нахмурился. — Вообще-то, даже тогда черви не будут в безопасности от моего либидо. А теперь, если вы меня извините, я собираюсь максимально использовать эту дерьмовую дыру до нашего отъезда, и лучшего способа провести время, чем с вами, я не могу придумать.

Когда Оливер ушел, чтобы сделать мир еще хуже, мы с Заком уставились друг на друга.

На бумаге у нас было много общего.

Нас мотивировала одна сущность.

Деньги.

У Зака за плечами два многомиллиардных выхода на приложения собственной разработки. Тем временем я руководил компанией моего отца в качестве финансового директора, балуясь хедж-фондами и высокорисковыми инвестициями ради развлечения. После окончания Массачусетского технологического института я утроил доход «Costa Industries».

Мы были сдержанны, расчетливы, прагматичны и не двигались общественными ожиданиями. Оба наших родителя давили на нас, чтобы мы поженились. И они пошли бы на все, чтобы провести нас к алтарю с будущей матерью их внуков.

Но на этом наше сходство заканчивалось.

В отличие от Зака, у меня не было ни единого нерва во всем теле. Не говоря уже о честности, концепции, которую я нахожу такой же мифической, как русалки. Я делал ужасные вещи и все еще спал по ночам, как младенец.

Зак, с другой стороны, был действительно порядочным. Это не имело большого значения, так как он обнаружил, что девяносто девять процентов населения тяжело перевариваются из-за отсутствия достаточного интеллекта.

— И так, — Зак не отрывал глаз от экрана, — думаешь, у тебя появится совесть и ты отпустишь бедняжку?

Я опустил ноги на пол и уперся локтями в колени, впиваясь ладонями в глазницы.

— Нет.

— Почему нет?

Существовало миллион причин, но только одна имела значение.