– Я думала, тебя съели.

– Какая ты добрая девочка, – грустно улыбнулась.

Тара же смотрела на дочь с печалью в глазах. Материнское сердце обливалось кровью, ведь Тайли даже не догадывается о намерениях Арвига. А если узнает? Да это ее просто убьет.

А вечером в покои явился отец, но вел он себя отстраненно, холодно, будто пришел не к дочери вовсе.

– Я рад твоему возвращению, – правитель подошел к окну, даже смотреть предпочел на реку.

– Отец, – девушка поднялась, после порошка в теле еще чувствовалась слабость. – Я хочу поговорить с тобой, хочу попросить…

Но он перебил:

– Тара мне рассказала, – а желваки заходили ходуном на скулах.

 – И ее слова огорчили. Я думал, что воспитал благородную деву, однако ты разделила постель с дикарем, с грязным орком. Притом добровольно легла с ним.

– Ты ошибаешься, они не дикари, они не желают войны.

– О чем ты тут толкуешь, глупая девчонка? – глянул на нее с раздражением. – Беретесь рассуждать о том, в чем не смыслите! Орки хотят вернуть Карстовый лес! Но этого не будет. Думаешь, дикарь сделал тебя своей женой от большой любви? Нет! Он решил надавить на меня через тебя!

– Отец…

– Молчи! – развернулся к дочери.

 – Мы поступим следующим образом. Ты, как и договаривались, станешь женой правителю Зарда. Что до дикарей, я их уничтожу. Порою справиться с чумой можно только одним способом – огнем.

На крик прибежала Тара, за ней служанка.

– Ты говоришь как безумец! – выпалила Тайли. – Вожак катаганов даже готов был простить тебе убийство отца с матерью! Ты же давно как позабыл что такое честь и достоинство!

В следующее мгновение девушка ощутила удар по лицу.

– Не смей открывать своего рта, орочья подстилка, – зашипел правитель.

 – Ты мне не дочь больше, ты шлюха, которая раздвинула ноги перед дикарем. Уже завтра в Аранхарм прибудет герцог Луар, он заберет тебя.

И покинул опочивальню, Тайли же опустилась на колени и разрыдалась. К ней подбежала мать, Ия, но толку…

С наступлением сумерек Арвиг выставил около дверей комнаты дочери охрану, дабы та не помышляла о побеге, матери так и вовсе запретил навещать Тайли. Тара попыталась воззвать, если не к разуму, так хотя бы к отцовскому сердцу Арвига, но тщетно.

А на следующий день еще до рассвета в Зале советов правитель собрал своих верных рыцарей.

– Мы теперь знаем, где сосредоточилось зло, – Арвиг подошел к карте и указал на плато Хороса. – Клан катаганов осел здесь, они за восемь лет восстановили силы, провозгласили своим вожаком сына Радула и готовятся вернуть Карстовый лес. И они осмелились покуситься на мою дочь."

"– Насколько нам известно, – вступил один из баннеретов, – ваша дочь была отнюдь не пленницей.

– Моя дочь стала жертвой нашего противостояния, – бросил гневный взгляд на рыцаря.