Пф-ф…

– Вы только прилетели? – спрашивает мама у Валеевых, которые почему-то начинают меня раздражать.

Все, кроме их дочери, конечно. Потому что такая фигура может раздражать только одно место на моём теле. И оно не хило так раздражается, скажу я вам.

Девчонка словно чувствует, оборачивается и… без предисловий снижает взгляд в мой пах, а затем… ухмыляется.

Ухмыляется она, блядь.

Скинув кепку и очки, уверенными шагами направляюсь к морю. Не к этому бутафорскому пляжу, а к своему – каменистому. Вытяну руки, сразу врезаюсь в освежающие волны и активно работаю в сторону Египта или Ливана, заныриваю поглубже и снова захватываю воздух ртом. Несмотря на физическую активность, мышцы в воде расслабляются. Но не все и не до конца, черт возьми.

Когда возвращаюсь на пляж, ко мне тут же обращается мама:

– Вань, я тут думаю, может, вечером сходите куда-нибудь? С Соней. Да и Таисию с собой возьмете.

– О, я бы выпила молочный коктейль у бара, – мечтательно произносит Соня. – Шоколадный.

– Шоколадный, – передразниваю.

– А я бы холодное шампанское выпила, – добавляет Тая тихо и укладывает одну ногу на другую.

Проходя мимо, пытаюсь отвести взгляд от симпатичного пупка на впалом животе и аккуратной, округлой груди с отчетливыми сосками, выглядывающими из-под ярко-розового купальника.

– Я пас, – снова нацепляю кепку и вытираю лицо от соли.

– Почему… Вань? – слышу удивленный голос со своего бывшего шезлонга.

Пока жадно пью воду из бутылки, оборачиваюсь.

Сталкиваемся ищущими взглядами. В её я чувствую какую-то открытую насмешку, скорее всего, вызванную тем, что она всё поняла.

У меня на неё встал. И в море я свалил, чтобы как следует остынуть.

А сейчас она думает, что я идти с ней не хочу, почему? Стесняюсь, как юная девственница?

Усмехаюсь.

– Что плохого в шампанском? – скромно спрашивает Таисия.

– Кто много пьёт, долго не живёт, – произношу грубовато и, прихватив со столика телефон и сигареты, снова покидаю пляж.

Глава 2. Тая

Провожая широкую спину Соболева, не нахожу ничего лучше, как показать ему язык. «Долго не живёт». Сказал человек, который в двадцать первом веке курит Мальборо, словно он какой-нибудь ковбой из старого американского фильма.

– У тебя было очень красивое платье в финале, – подает голос Соня.

Отлепив глаза от белоснежных шорт и бронзовой спины, улыбаюсь девушке.

– Спасибо. Но платья на финальную проходку предоставляют спонсоры.

– И вы их не выбираете заранее?

– Только если очень повезёт, – пожимаю плечами. – На одном из конкурсов наряды вообще привезли за два часа, и мне пришлось подгонять платье по фигуре с помощью булавок-невидимок.

– Ого. А ты его выиграла? Ну, конкурс этот?

– Я все конкурсы, в которых участвовала, выигрывала, – тихо произношу, стараясь, чтобы мама не услышала.