Мэдисон улыбнулась.

— Чувствуешь себя лучше?

Деметриус бросил на нее вялый взгляд и сел на край кровати, полотенце на талии съехало и обнаружило линию загара.

Ей не удалось скрыть блеск интереса в глазах, хотя она очень старалась. Она смущенно вспыхнула, отвернула голову и откинула покрывало, пока он поправлял полотенце.

— Я… я пойду, приготовлю питье.

Деметриус отпустил нестерпимо болевшую голову на свежее белье и закрыл глаза, на губах заиграла слабая улыбка.

Мэдисон не знала, волноваться ей или успокоиться, когда, вернувшись в комнату, застала его спящим. Она решила вызвать доктора, но, прижав руку ко лбу Деметриуса, обнаружила, что жар спал.

Девушка подтащила к кровати стул и уселась. Сон — хороший союзник, нет ни испытующих взглядов, ни насмешливых улыбок. Все козыри теперь у нее. Она могла рассматривать Деметриуса, сколько ей надо.

Спустя несколько минут Мэдисон решила, что ему следовало родиться менее красивым. Квадратная челюсть выражала решительность и характер, а рот, наоборот, был слишком чувственным. Нос с горбинкой, видимо в прошлом он получил хороший удар по переносице, что, впрочем, не делало его менее привлекательным."

"Он повернулся во сне, простыня соскользнула, обнажив рельефные мышцы живота. Ей вдруг очень захотелось дотронуться до него, почувствовать твердую плоть, ощутить сдерживаемую силу. Она уже протянула руку, как он внезапно открыл глаза.

— О! Ты проснулся.

— Что за таблетки ты мне дала? — спросил он.

— Сильное обезболивающее. А что?

— Я избавился от головной боли в рекордные сроки. Зачем они тебе?

— Время от времени я их принимаю… — Мэдисон почувствовала, как краска заливает ее щеки, и опустила глаза в пол. — В особый период.

— Я думал, что большинство молодых женщин принимают специальные препараты, чтобы блокировать боль, — сказал он. — Но ведь ты не похожа на других женщин…

— Извини, что создаю неудобства своей непредсказуемостью. — Она поздно спохватилась, в голосе уже звучали саркастические нотки.

— Никаких неудобств. — Он снова откинулся на подушки и закрыл глаза. — Совсем наоборот. Твое предложение о питье еще в силе?

— Конечно. — Она вскочила на ноги. — Чего бы ты хотел?

— Чай пришелся бы очень кстати.

— С тостом, да?

Темные глаза смотрели пристально.

— Ты, видимо, и раньше исполняла роль сиделки?

— Когда Кайл болеет, я за ним ухаживаю. Пойду приготовлю чай.

— Черный, без сахара, — сказал он, отпуская ее.

— Черный, без сахара. — Мэдисон направилась к двери.

— И тост.

— И тост.

Несколько минут спустя Деметриус пил чай и разглядывал свою жену. Она сидела на стуле у кровати, нервно теребя браслет своих ручных часов. Тост так и остался нетронутым лежать на тарелке.

— Мне нужно, чтобы ты завтра встретилась с Джереми, — сказал Деметриус.