Даже то, что Торэт принял решение сам, не поинтересовавшись моим мнением, не вызвало протеста. С удивлением поняла, что полностью ему доверяю — если перестал скрывать правду, значит, на то имелись причины. Но оставался вопрос.

— Мы ведь договорились молчать, пока я не наберусь опыта и полностью не сольюсь со своей магией. Когда твоим врагам станет известно о недоучке-напарнике, разве это не прибавит проблем?

— Мне все равно, известно им или нет, — Берриан упрямо тряхнул головой. В глазах сверкнули темные искры, зажигая их гневом и вызовом. — Твоя безопасность важнее всего. И, если уж на то пошло, до сих пор проблемы были только у тебя. Мне «посчастливилось» получить самого проблемного напарника во всем Валгосе.

Ну, вот, узнаю своего язвительного старшего — наконец-то он вернулся. Мне даже полегчало немного, а то от беспокойства и вины, что плескались в его взгляде, на душе кошки скребли. Такое ощущение, будто Торэт винил себя в том, что случилось.

— Мы не сразу поняли, что с тобой происходит, Валерия, — Элистар многозначительно кашлянул, привлекая к себе внимание. — Вызвали лучших целителей. Внешние повреждения они сразу залечили, да их не так много и было. С внутренними тоже быстро справились. Но ты по-прежнему оставалась без сознания, металась в бреду, стонала.

При этих словах Риан снова стиснул мою руку. Крепко, до боли.

— Хорошо, твой кот подсказал, когда пришел в себя, — магистр покосился на одеяло, из-под которого тут же вынырнула довольная кошачья морда

— Мрау-у-у, — солидным басом подтвердил Марр и зажмурился.

— Это я им перевел его слова. Я, — вмешался Хан, недовольный тем, что о нем до сих пор не вспомнили. Непорядок. — Без меня они бы ничего не поняли.

— Перевел, — согласился Элистар, — А зеленокожие дополнили.

— Гоблины? — недоуменно уставилась я на высокородного дядюшку. -— А они здесь при чем?

— Они в свое время очень тесно общались с ведьмами, были их ближайшими доверенными слугами. Как и спанки. Только крылатые многое забыли, а вот зелено…"

"— Ничего мы не забыли, — возмущенно вскинулся стрекозел, от полноты чувств подпрыгивая на подушке, как на батуте. У меня даже в глазах зарябило. — Просто чуть-чуть запамятовали — не все, местами. Вот тут помним, тут… ничего. И не слугами мы были, а друзьями, самыми лучшими и близкими. Да ведьмы шагу не ступали без нашего совета. И вообще, я сразу догадался, что моя Лерка — ведьма, иначе зачем бы я, по-вашему, к ней в наури подался? Мне это ваше фамильярство даром не сдалось. Эльфы бы меня ни за что не поймали, насмерть бы бился, загрыз голыми руками… тьфу… зубами. А ведьме сдаться не стыдно, особенно такой. Только я ждал пока она ини-ци-ируется. И хвостатый ждал. До этого признаваться нельзя. Не положено. Ведьмовская сущность должна сама проснуться. Вот.