Смятые голубые простыни, голые тела, перегар в тесной комнате, пирог с капустой - так долго не могла это из головы выбросить, так плакала. Самой себе клялась, что больше никому не позволю к себе приблизиться.

Никому, и уж точно не этому мерзавцу, для которого женщины - надувные куклы.

Мысленно заверяю себя, но достаю из спортивной сумки свой лучший костюм. Черные обтягивающие брючки, красный топ и приталенный замшевый пиджак. На запястье пшикаю духами, с сожалением смотрю на пустой флакончик.

- Лена!

Стул отлетает от двери и створка с грохотом бьется в стену. Сестра вбегает в комнату и запинается, валится на пол.

- Что это, - стонет она, схватившись за коленку. - ""Один дома"" пересмотрела? Сейчас я вымажусь в клее, вываляюсь в пухе, ты огреешь меня по голове какой-нибудь железякой, да?

- Поднимайся, - улыбаюсь и подхожу, тяну Лику за руку. Этот ее бред отвлекает от мыслей и проклятого имени босса, его будто гвоздем в памяти нацарапали, не сотрешь. - Все уже встали?"

"- Все встали, но никто не прячется по комнатам, - Лика резво вскакивает на ноги и заглядывает мне в лицо с таким любопытством, словно в иллюминатор смотрит на летящие облака. - Он вчера поменялся со мной спальнями. Приходил к тебе, да? Лена! Расскажи!

- Никто не приходил и не придет, уймись, - щелкаю ее по носу и разворачиваю, подталкиваю в сторону выхода. - Лика, только бабушке не говори. Он меня уволил еще тогда, после корпоратива. Не нужна я ему. Ни как работник, ни как...- краснею, - девушка. Он не влюблен. Все.

- Но как...

- Вот вы где, девочки, - выплывает из-за угла мама Дмитрия. На ней спортивный костюм, темные волосы завязаны в хвост, она так молодо выглядит, даже представить сложно, что именно она тридцать лет назад породила на свет этого мерзавца. Она улыбается. - Бабуля уже за столом, а я за вами. Бегом завтракать. Яичницу с беконом любите?

- Вау! - не сдерживается Лика. - Как в фильмах. А где вы берете бекон, на рынке?

Они болтают и шагают по коридору, я плетусь позади и поправляю волосы. Сейчас увижу его - и даже взгляда не брошу в ту сторону, буду вести себя так, словно ничего не случилось. И я не помню, как он, полуголый, долбился в дверь моей спальни.

Господи.

Уши горят, стоит лишь на секунду вспомнить.

-...и начинку из нарезанного пластинами бекона, - диктует какой-то рецепт мама Дмитрия.

Лика внимательно слушает.

Я сажусь.

За столом вся семья.

Кроме него.

Спит? Или голый в душе? На улице дрова рубит для камина, за продуктами рванул, на пробежке? Уехал?

Последнее предположение так неприятно во мне отзывается, что пропадает аппетит. Вяло ковыряю вилкой в тарелке, после отстраненно наблюдаю, как народ собирается на лыжные покатушки.

Почему я расстроена?

Такого не должно быть, все правильно, так даже лучше, если босс уехал, нам незачем больше видеться...