– Не хочу сейчас про работу. Как наши младшие проказники?

Он нежно поглаживает животик.

- Близнецы хорошо. Правда пинались сегодня, будто в футбол там играют.

- Скорее бы уже, - голос Димы звучит мечтательно. – Так хочется с пацанами погонять.

- Пока и Майя с этой задачей отлично справляется, - улыбаюсь. Дима обожает дочь. А она частенько пользуется его слабостью и заставляет подрабатывать её пони.

- Егоза-то? Да, будет нашим капитаном.

Смеюсь, когда любимый целует меня в шею.

От прикосновений его губ по телу пробегают мурашки.

Раньше я думала, что со временем страсть в отношениях угасает, но наша… будто с каждым днём становится только острее. В каждый новый период мы заново открываем друг друга.

- Ну что, ты готова?

- Да, - наконец, оборачиваюсь и смотрю на своего красивого мужа.

Сегодня у нас день «только для двоих».

Майя остаётся с бабушкой, дедом и Ликой, а мы с Морозом уходим в отрыв.

Ну, конечно, с близнецами под сердцем мне совсем в отрыв не уйти, но Дима каждый раз придумывает что-то интересное.

Дима поднимается на второй этаж, чтобы на сон грядущий потискать нашу старшенькую, а я пока выхожу на улицу.

Вспоминаю ту новогоднюю ночь, когда мы пошли на лыжах в этот вот лес, и я заблудилась.

В лесу заблудилась и в Диме тоже…

Но теперь же всё давно изведано. Знаю эти деревья как свои пять пальцев, да и на лыжах теперь не хуже Мороза хожу.

Однако, как показывает практика, Диме всё ещё удаётся меня удивить.

- Куда мы сегодня? – спрашиваю с любопытством.

- У меня есть пара идей, - любимый подхватывает корзинку для пикника.

Держу его за руку, и только через полчаса прогулки понимаю. Мы идём в ту самую хижину.

- Эй, - усмехаюсь, гладя голову на плечо мужа. – Ты куда меня ведёшь?

Сама знаю ответ, но мне интересно, что он скажет.

- Хочу вернуться туда, где всё началось.

- Ещё разок попросишь прощения? – лукаво ему подмигиваю.

Дима подхватывает меня на руки и кружит на месте.

Потом ставит обратно и нежно касается моих губ.

Кончик его языка очень чувственно ласкает сперва верхнюю, потом – нижнюю…

- Буду зализывать раны и вымаливать прощение на коленях. Позволишь?

Его яркие льдинки весело поблёскивают в лучах заходящего солнца.

Мороз теперь не холодный, а, наоборот, очень горячий. Любящий, трепетный и весь, полностью мой.

Ну как такому можно отказать?"