Возмездие этому щенку, столкнувшему с шестого этажа беременную женщину, представляется мне с ваших слов как-то туманно. Извините, но я не готов продолжать этот разговор.

Около моего уха раздались короткие гудки. Я вдруг поймала себя на мысли, что в трубке был уличный шум. Может, Николай Александрович разговаривал со мной, стоя у открытого окна? Меня пронзила стремительная догадка о том, что Селезнев разговаривал со мной, находясь на улице, а если быть точнее, то неподалеку от морга. Я бросила мобильник в сумку и рванула в том же направлении. Минут через десять я уже парковалась во дворе жилого дома, находящегося через дорогу от патологоанатомического отделения Второй градской больницы.

Выйдя из машины, я увидела знакомый силуэт — Николай Александрович прятался за трансформаторной будкой, периодически поглядывая из-за угла в сторону морга. А говорил, что носа не может на улицу показать!

— Вы что, с ума сошли? — спросила я его из-за спины.

— Полина? — удивился Селезнев. — А как вы здесь оказались?

— Приехала на «Мини-Купере». Пойдемте немедленно отсюда, — я потянула Селезнева к своей машине.

 — Вы не подумали, что Бочаров может послать своих людей пробежаться по окрестностям?

— Я не смог усидеть в такой-то момент в гостинице. Простите, что соврал вам. А вы-то здесь зачем?

— По вашу душу. Ныряйте на заднее сиденье! — скомандовала я, когда мы подошли к моему авто. — За тонированными стеклами вас там не заметят, может быть.

— Не понимаю, почему я вас все время слушаюсь, — стал бухтеть Селезнев.

— Вы хоть что-то успели разглядеть? — примирительно поинтересовалась я.

— Кое-что успел. «Пантеон» уже там, и люди собрались, все, кроме… Бочарова.

Хотя, возможно, он в самом здании, пытается там что-то пронюхать…

— Нагнитесь! — прикрикнула я, увидев «Киа Спортейж», ехавшую нам навстречу, но Николай Александрович даже не шелохнулся. — Бочаров!

Селезнев успел нагнуться до того, как «Киа» поравнялась с моим «Мини-Купером». Хотелось бы думать, что Сергей не заметил моего пассажира.

— Ну что, можно подниматься? — спросил Николай Александрович.

— Можно.

— Вы хорошо разглядели, это действительно был он?

— Вне всяких сомнений.

— Выходит, он решил появиться у морга в последний момент.

— Но это не значит, что Бочаров не послал вперед себя гонцов…

Селезнев ничего мне на это не ответил. Минут через десять я уже парковались около гостиницы.

— Николай Александрович, я еще кое о чем хотела с вами поговорить…

— Слушаю вас.

— Скажите, у вас есть знакомые в криминальной среде?

— Вообще-то я двадцать с лишним лет работал следователем, — напомнил мне Селезнев.

— Я имела в виду такие, к которым вы могли бы обратиться за помощью, — пояснила я.