— Простите…

— Да чего уж там! — Селезнев грустно улыбнулся моему черному юмору. — Все так и есть.

На том мы с Николаем Александровичем и расстались. Он зашел в гостиницу, а я вырулила с парковки и направилась в завокзальную часть города, где жил Витька Шило. Не успела я доехать до первого перекрестка, как зазвонила «серая» трубка.

— Алло! — ответила я, включив громкую связь.

— Привет! Это я, — убитым голосом произнесла Таня. — Как я и предполагала, Бочаров меня уволил.

— Из-за того, что ты ничего не разузнала в Сологубовке?

— И из-за этого тоже, все как-то навалилось и я попала под его горячую руку.

— Что именно навалилось? — поинтересовалась я.

— Да все! Ребята ему до вчерашнего вечера не говорили, что бомжи сбежали — думали, что отыщут их и вернут обратно. Слава все злачные места в городе облазил, но так и не нашел их. А вчера вечером Сергей неожиданно приехал на «деревяшку» и узнал, что заложники в бегах, а охранники об этом вторые сутки молчат. Что там вчера было! Бочаров рвал и метал!

— Действительно, что-то они запустили этот вопрос, — заметила я.

— Они хотели боссу доложить о том, что бомжи сбежали, когда поняли, что их не найти.

Но Бочаров сказал по телефону, что скоро придется их выпустить. Никто не думал, что он лично появится на «деревяшке». Оказывается, напоследок Сергей хотел сделать бомжам какой-то сюрприз, но какой именно, он не сказал.

— Не удивлюсь, если хотел сначала накормить Люсю с Васей какой-нибудь отравой замедленного действия, а потом выпустить их, оставшись в глазах охранников гуманным человеком. А часа через два в городе нашли бы два трупа…

— Я почему-то подумала примерно о том же, но не захотела об этом говорить вслух — противно, — призналась Таня.

 — Казалось бы, чего так злиться, что бомжи сбежали, если он все равно хотел их выпустить? Значит, не хотел. Сегодня Сергей был еще больше зол на охранников, чем вчера. Он отчитывал Славу и его сменщика, не стесняясь в выражениях, когда позвонили с одного объекта и сказали, что ночью со склада, который наши охраняли, пропали консервы. Клиент потребовал возместить издержки в трехкратном размере. Я ничего об этом не знала, влетела в кабинет Бочарова и попала под его горячую руку… Он лишь спросил у меня, есть ли стоящая информация, и, получив отрицательный ответ, стал орать на меня благим матом. Закончилось все тем, что он обозвал меня бездельницей и послал к кадровичке за трудовой книжкой.

— Может, Сергею доложили, что ты причастна к побегу?

— Не думаю, он об этом ни слова мне не сказал. Бочаров меня в принципе ненавидел с самого начала, как только я устроилась на работу в «Гриф».

— А что так?

— Понимаешь, ему стукнуло в голову, что у меня особые отношения с Андреем Никитичем.