— Сколько месяцев у него медовый месяц длится? Уже одного успели родить, над вторым работают? Вытаскивай из койки его и отправляй в столицу. Я скоро приеду туда и будем решать по ситуации.

А потом я захожу к Ольке.

И смотрю в ее глаза.

И в них питерское небо. То самое, наше, общее.

Она сжимает мою ладонь, я несу какой-то бред, не могу сменить пластинку, не могу перестроиться с ней никак.

Опять строю из себя то зэка — Сухого, то хера — Троскена. Оба — в пролете сейчас. Не собирается она меня слушать. Не собирается подчиняться. Смотрит так, словно пошлет вот-вот. А я… А я пойду.

Силой я ничего с ней не сделаю никогда. Словами — не получается. Безнадега. Полная.

Она смотрит, так странно. Знакомо-незнакомо.

А потом…

Потом она неожиданно притягивает меня к себе. Я настолько удивлен, что упираюсь ладонью в подушку возле ее головы, не могу взгляда оторвать от глаз, серых, облачных.

— Олег… Поехали домой, — голос тихий, настолько тихий и безжизненный, что у меня сердце останавливается.

Олька… Ты чего?

— Поехали? Я устала здесь быть.

Я выдыхаю, касаюсь ее губ коротко, оглядываюсь на Васю.

И буквально через пять минут мы уже выходим из больницы.

Я держу ее на руках, и не реагирую на просьбы поставить на ноги. Нет уж. Пока ты не опомнилась, я буду носить тебя на руках, Шипучка. Чем дольше, тем лучше.

Кто его знает, а вдруг привыкнешь?

33. Сейчас

Результаты по Шипучке я получаю к вечеру. Читаю, отмечая, что Кот поработал неплохо. Можно даже ему и бабла подкинуть.

Хотя, для хакера его уровня забраться в базу клиники, пусть и навороченной, и, я уверен, с нехилой защитой, уж об этом Игнат заботится, учитывая его клиентов… В целом, это должно быть легким делом.

Сканы карты из кабинета Машки тоже уже у меня. Сама карта, само собой, осталась на прежнем месте.

Вот только проблема в том, что я нихера не понимаю, что за диагноз. Но тут уж сам как-то, по старинке. С гуглом.

Читаю, перечитываю.

Выдыхаю.

Реально ничего опасного.

Но вот в самом начале, показания на удаление матки… Сука.

Опять накатывает дикая злость на себя, мудака. Наверно, это же у нее осложнения после того, как..

Короче, из-за меня все.

Я убираю документы, выхожу из кабинета, через коридор в спальню, где со вчерашнего дня спит моя Шипучка.

На пару минут застываю, глядя на нее, тихо сопящую под одеялом.

Такая картина нежная. Правильная. Все так, как и должно быть.

Моя женщина, в моем доме, в моей постели… У многих мужиков — это обыденность. У самых везучих, не подозревающих о том, какие они долбанные счастливчики.

Даже мои подчинённые счастливее меня.

Ремнев, давно и счастливо женатый.

Полу-партнер по бизнесу, полу-подчиненный — Паша Носорог, не так давно родивший парня.