Бледное лицо человека редко бывающего на свежем воздухе резко контрастировало с пышущей здоровьем физиономией оракула.

– Ну… и что ты умеешь, Мэтт?

Тот помедлил с ответом, посмотрел на Клио, и она ободряюще улыбнулась ему, прося быть откровенным, ничего не скрывать и не беспокоиться о том, какое впечатление может произвести на двух сновидящих. Но Герард, в отличие от аониды, видел, что ученик Феликса не смущается, а просто не знает, с какого из своих многочисленных талантов начать.

Аякс, вытянувшийся рядом с дэймосом, поднял голову и посмотрел на него с интересом, тоже надеясь услышать подробности.

– Ложные воспоминания, – начал перечислять Мэтт, положив руку на бок кота. – Ложные симпатии и антипатии, болезни… лучше всего получаются сердечные приступы. Навязчивые кошмары. Вытягивание энергии через эротические сновидения. – Он подумал и добавил: – Смерть вследствие несчастного случая.

– Полный набор, – сказала Клио после короткой выразительной паузы.

Она стояла, прислонившись к стене, и смотрела на парня, склонив к плечу голову и нахмурив брови.

Герарду был очень хорошо знаком этот пронзительный, оценивающий взгляд. Так аонида смотрела на бездарных ученых, в которых можно было вложить бесконечное количество идей, но все высыплются из них, не зацепившись, как сквозь прорванное сито.

– Я, пожалуй, поработаю с ним, – отозвался оракул на это глубочайшее сомнение.

– Ты уверен? – недоверчиво спросила она. – Я всегда ценила чистосердечные порывы… но подобный случай… может быть сложно…

– Если вам нужно обсудить меня, мои преступные наклонности и методы работы со мной, не стесняйтесь, – сказал Мэтт, улыбаясь, – говорите прямо, я не обижусь.

Герард усмехнулся в ответ. Несмотря на свой послужной список, этот парень невольно вызывал симпатию. К тому же оракул ни в чем никому не верил на слово. Надо было проверить – действительно ли дэймос так силен, как расписывал.

– Видал я прорицателей, которые хвастались, что могут обозреть жизнь клиента до последнего часа, а сами не умели удержать во внимании даже одной минуты, – сказал он насмешливо. – А также аонид, воображающих, будто обладают всеми знаниями института физики, и не способных доказать банальную теорему без шпаргалки.

– То есть ты хочешь сказать, что сначала мне нужно доказать, насколько я плох? – Мэтт убрал руку с косматого бока Аякса, и тот муркнул тихо.

– Мне нужно понять, насколько ты плох или хорош, – добродушно ответил Герард.

– Ладно, – азартно отозвался дэймос и удобнее уселся на кушетке. – Давай. Кого мне надо убить?

– Только не в моем кабинете, – иронично, хотя и холодновато произнесла Клио.