Я получал удовольствие, сначала выполняя несложные поручения – наслать бессонницу на старого богатого родственника-выжигу, развить фобию у недобросовестного партнера по бизнесу, смешать сон с реальностью. Это было захватывающей игрой. В которой я всегда выигрывал.

Я присел на край стола, глядя в пустоту прошлого, и продолжил:

– Я беспрекословно выполнял все его наставления. Я доверял ему, потому что знал – он меня спас. Если бы не Феликс, меня бы уже давно убили. Сбросили с крыши или просто остановили сердце во сне. А он – доверял мне. Всегда и во всем… Феликс стал работать меньше. Я был его прикрытием. Мальчишка-ученик, о котором никто не знал. Он научил меня заметать следы, вообще не оставлять следов в чужом сне. Так что самый опытный сновидящий не мог обнаружить моего влияния. А потом все внезапно оборвалось.

– Значит, его раскрыли?

– И наказали. Заперли, ограничили возможность пользоваться даром."

"– Но если он был таким сильным, – страстно произнесла Хэл, требовательно глядя на меня, – как его смогли поймать?

– Предполагаю, что поймали не его, а меня.

– В смысле? – Она нахмурилась с глубоким недоумением.

– Я много думал об этом. – Я поднялся и прошелся по кухне, хотя она была слишком мала, чтобы вместить мое внезапное стремление к движению. Хэл следила за мной, и ее глаза ярко блестели. – Он никогда не допускал ошибок. Вся система его работы была выстроена идеально. Она не позволяла возникнуть сбою ни при каких обстоятельствах. Даже его мир был совершенен. Но могло произойти так, что – ошибся я, оставив след своего преступления в его мире. Подставить его случайно. Не знаю как, но это могло произойти. Наша ментальная связь была очень сильной. Эта мысль долгие годы не давала мне покоя. До сих пор не дает.

– Но про тебя не узнали?

– Нет. Он ничего про меня не сказал. Успел предупредить, и я уехал из этого дома. А он остался в руках Пятиглава расплачиваться за преступления, совершенные им самим и мной. Ты знаешь этот закон – учитель полностью в ответе за ученика. Что бы я ни сделал – по принуждению или по собственному желанию, – за все в итоге нес ответственность Феликс. И он сумел настоять, чтобы так и стало, хотя я никогда не был согласен с этим правилом – если во всем виноват я, его не должны были наказывать. Поэтому я и пришел в Пятиглав. Хотел расплатиться за свою вину. И расплачивался долго.

Хэл глубоко вздохнула. Я видел, она изо всех сил сочувствовала и мне и Феликсу, которого никогда не знала и уже не узнает.

– Где ты жил, пока он был в заключении?

– У меня есть квартира в Полисе.

Хэл хотела спросить что-то еще, сказать, даже открыла рот, набрала воздуха для длинной тирады, но промолчала. И только кивнула, прося меня продолжать.

– Он вернулся уставший, погасший, потерянный.