Мое молчание можно было принять за мрачное согласие. О плане, который начал постепенно складываться в моей голове, я предпочитал не распространяться.

Коридор тянулся и тянулся. Прямой, как луч, наполненный мглистым светом.

– Ты был в Баннгоке? – внезапно спросил Леонард, выделив интонацией последнее слово.

– Буквально вчера, – усмехнулся я.

– Ты знаешь, о чем я, – прошипел он, щекоча усами мое ухо. – Ты ведь был там все эти десять лет. Дэймосы, ускользающие от нас, бегут туда. Словно голодные крысы на помойку.

Смешно было слышать от него подобное сравнение.

– Неловко тебя огорчать, но ты сам крыса, Леонард.

Я ожидал злости, но он внезапно хмыкнул насмешливо:

– Да, но лишь по форме, а ты – по сути.

У меня вновь возникло сильное желание схватить его за мерзкий хвост и сдернуть с плеча. Но в этот миг откуда-то издали прилетел звук, напоминающий хлопок двери, и я услышал взволнованный голос Эйнем, вернее, Эхо. Слов разобрать было невозможно. Казалось, она оправдывается перед кем-то или извиняется. Я невольно пошел быстрее, затем побежал. Крыса на моем плече привстала, жадно принюхиваясь.

Коридор оборвался внезапно.

Краткое мгновение перехода, и мы оказались в просторной светлой комнате. Я уже был здесь недавно. Этим утром. Просторная столовая с видом на море и белыми стенами, красиво расписанными орнаментом из цветов и переплетенных ветвей. Но теперь это помещение выглядело немного иначе. Стол отодвинут к стене, окно распахнуто, и ветер надувает парусом бесконечно длинную белую занавеску. Она взлетает до середины комнаты и опадает, приникая к продолговатому, неровному предмету, лежащему на полу. Край ткани, касающийся его, был алым… и влажным…

Я бросился к нему.

Леонард с невнятным, придушенным звуком спрыгнул на пол и серой тенью помчался в ту же сторону. Но я все равно был быстрее, упал на колени, раздирая тонкую паутину и отбрасывая клочья в сторону… Эйнем… Эхо лежала на спине, глядя на меня испуганными, широко распахнутыми глазами, а белые руки зажимали рваный порез на горле, из которого толчками выплескивалась красная кровь.

– Не бойся. Я помогу. – Я прижал вену на ее шее и глянул на крысу. Если бы мой взгляд сейчас мог испепелять, от нее осталась бы горстка пепла.

 – Твоя работа?!

– Спятил?! – рявкнул Леонард, ощетинясь. – Я целитель, а не убийца!

Девушка под моей рукой забилась, лицо ее стремительно теряло краски. Как будто выцветало.

– Что, все проблемы решены теперь?!

Спутник поднырнул под мою руку, поставил передние лапы на лоб умирающей, и его маленькое тело засветилось.

– Убей меня! – крикнул он. – Сейчас! Тебе легко это сделать.

– Спятил?! – с яростью повторил я его собственный возмущенный вопрос, чувствуя, как жизнь Эхо продолжает утекать у меня из-под пальцев.